Перейти к содержимому
Для публикации в этом разделе необходимо провести 50 боёв.
kolesnikov_yaroslav

Литературный конкурс "Морской бой"

В этой теме 66 комментариев

Рекомендуемые комментарии

Старший альфа-тестер
56 публикаций
2 658 боёв

Всем здравствовать!



 



Один бой - вся жизнь.



 



                   В тени старых каштанов на площади Жёльет, сидел человек. Перед ним, переливаясь всеми оттенками синего, шумело Средиземное море. Справа, можно разглядеть иль Д`иф, со знаменитым замком, слева, раскинулся шумный марсельский порт. Человек смотрел, но не видел этого. Видел другое.



                   Выпуск. Тельняшка на Крузенштерне.  Первый поход. Первые стрельбы. Первое «Ваше Благородие!». Крик чайки в порту Ла Валетты. Жаркое дыхание прекрасной мальтийки на своей щеке.                        Все впервые.    



                   Балтика. Стальные волны. Мшистый гранит Гельсингфорса. Лейтенант. Друзья. Кутежи. Молодость.



                   Первый корабль. Поход. Брест. Шарман, шарман. Шарман!



                   Кап раз.



                   Суета Либавы. С богом господа, отходим!  



                   Скука похода. Туман. Холодок пробирающийся под пальто. Где противник? Силуэт? Да!. «Идзуми»! Почему не стреляем? Почему не глушим передачу? Сейчас начнется! Выстрел! Выстрел! Стреляет «Орёл». Стреляют  броненосцы. Всплесков не видно. Попаданий не видно. Отошел. Второй час уже! Увеличиваем ход.



                   Силуэт! Дымы!  «Асахи», «Ниссин», «Касуга», «Фудзи». Еще силуэт, еще! Да сколько же их здесь? «Микаса»! Началось. Выстрел. Выстрел. Японцы «обрубают нам голову»! Бьют флагманов! Что же наши? Стреляют. Ччерт! Всплесков не видно! Попаданий не видно! Проклятая шимоза.  Едкий запах  тринитрофенола. Желтые разрывы японских снарядов!



                   Медленно заваливается труба на «Князе Суворове». Пожар! Крики. Стоны. Взрыв на корме! Что с адмиралом? Кто командует? Хаос.



                   Вывалился из строя «Ослябя». Дым. Огонь. Крен. Конец.



                   Непрерывный обстрел. Шлепок по спине. Горсть осколков. Что то хлюпает в ботинках.



                   «Свирь» поднимает людей. Какого черта, там делают миноносцы? «Суворов» идет вправо! Заклинило рули? Огромный шлейф пламени за ним. Там есть еще живые? Стреляет!



                   Идем за «Александром». Стреляем. Куда стреляем? Попадаем? Горит «Асахи». Отвернул  «Ивате»! Молодцы ребята! Пожар на «Микасе»! Поджарим Адмирала! Сорок минут боя. Как один миг! Японцы отворачивают! Куда!? Бейте их братцы, усилить огонь! Есть! Пожар на «Фудзи»! «Асама» завалилась на корму! Бейте их! Они развернулись свежим бортом. Усиливают огонь! Повреждения в машинном! Теряем ход! Много раненых! Пробоины в носу! Отстаем. Еле ползем! Ожесточение достигло апогея! Выстрел! Выстрел! Выстрел! Стреляют все! Без общей цели, был бы японец! Взрыв на «Ниссине». Взрыв в башне «Сикисимы»! Так держать!



                 Пожар!



                 Тушим.



                  Они снова идут  в обхват головы! В третий раз! «Бородино» уклоняется. Молодец  Пётр Иосифович! Расходимся. Дым и туман. Потеряли их, они нас. Пять часов. Уходим на юг. Плетемся в конце колонны.



                  Японцы снова здесь, перестроились и снова обгоняют нас –хотят «обрезать голову». Слышна канонада. Это добивают «Князя Суворова». Они не сдались. Прими их души Господи! Японцы атакуют. Стреляем. Шесть крейсеров Камимуры, стреляют по «Александру». Тонет. Люди сыпятся в море. «Изумруд» пытается подойти, поднять людей. Не удалось. Попадание в «Бородино», взрыв. Корабль вспыхнул как спичка. За считанные минуты перевернулся и затонул.



                 Стемнело. Остались с «Нахимовым» и «Навариным».  Атака миноносцев. Как на полигоне. Взрыв на  «Нахимове». Тут же на «Наварине». Уходим. Взрыв по корме. Не можем управляться. Идем задним ходом к острову. Утро. Три японских крейсера. «Тону, прошу помощи!». Да, сдаемся. Команда эвакуируется. 10 утра.



                 «Сисой Великий», так и не спустив Андреевский флаг, перевернулся и затонул.



                 Слезы на глазах. 17 часов жизни, как одно мгновение.



                 Плен.



                 Апатия.



                 Служба.



                 Отставка Контр-Адмиралом.



                 Париж. Ницца. Марсель.



                 Один бой –вся  жизнь.



                 Сен-Пьер.



                 Обелиск.



 



Спасибо за внимание! Всем удачи!


Изменено пользователем AndreyBelik

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Участник
1 публикация
10 боёв

Проверка



В довольно уютной каюте сидел мужчина среднего возраста и что-то увлеченно писал. Была в нем лишь одна странность – он был в штатском. Это на военном-то крейсере во время патрулирования. «…Был с проверкой в машинном отделении. До образцового порядка далеко – остановил пробегавшего и указал на пятна от машинного масла. «Ужас какой», – пробормотал матрос и побежал дальше – видимо организовывать чистку…»



Крейсер содрогнулся и стал резко поворачиваться. Через несколько минут проверяющий уже был на капитанском мостике.



– Что случилось? – спросил он.



– Немецкий патруль, – сказал капитан, напряженно вглядываясь в приборы. – Пройдите с лейтенантом по палубам – при вас люди быстрее работают.



– Ещё бы, – усмехнулся мужчина и пошел за лейтенантом.



Вдалеке виднелся крейсер и пара катеров. На палубе суетились матросы – натягивали страховочные сети, готовили шлюпки. «Идем в ближайшую башню», – распорядился проверяющий. Корабль снова начал поворачивать. Прямо перед ними пронесся нерадивый матрос и чуть не выпал за борт – спас лейтенант, который вовремя схватил его за шиворот. «Алёша, ну сколько можно…», –  стал причитать офицер, – «иди за нами, всё равно от тебя никакого толку».



Во второй артиллерийской башне все обступили наводчика и шепотом спорили – попадет или нет.



– Ну, Борисыч, не тяни, чего так долго то? – спросил какой-то мичман (Михаил Ж., сразу вспомнил проверяющий).



– Да подожди ты, – прошептал «Борисыч» – как только, так сразу.



Человек в штатском повернулся к лейтенанту:



– Как только… что?



– Как только, так сразу – любимая присказка Сергея Борисовича, – ответил лейтенант, – он наш лучший наводчик и не доверяет системе наведения. Уже три корабля одним выстрелом потопил…



Наконец наводчик крикнул: «Пли!». Но именно в этот момент (возможно от неожиданности) матрос Алёша упал и подтолкнул другого матроса… в общем, выстрел безнадёжно опоздал…



Все бросились к дальномеру. Случилось чудо – хоть выстрел и не попал по топливному отсеку вражеского крейсера, он попал по одному из катеров – и сбил его штурвал! Катер начало заносить на крейсер…



Через несколько минут раздался взрыв – катер оказался тральщиком.



– Ничего себе! – воскликнул мичман (мы то понимаем, что старый морской волк сказал нечто другое, но восторженный проверяющий записал в отчет именно так ). – Это точно должно попасть к тебе в «ВБР», Кирюш!



– «РБВ», дядь Миша, «Рассказы Боевого Времени» – поправил один из матросов.



Вот так благодаря одной проверке из самой страшной в СССР организации, наводчик получил сразу два ордена (за два корабля, потопленных одним выстрелом), матрос Кирилл О. организовал популярный журнал, а матроса Алёшу перевели в танковые войска (уж там-то он не напортачит).


Изменено пользователем monolith31415

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Бета-тестер
7 публикаций

                                                                                               Бронекатер



   Проснувшись, Олег первым делом сверился с ручным хронометром, до цели еще около двух часов хода. Натянул на себя китель, схватил бушлат заменявший ему подушку, бинокль и сунув в зубы папиросу выскользнул на палубу.



   24 Июня 1941 года, БК 144 «Шмель» мчался на помощь советским пограничникам, за ним с небольшой дистанцией шел его близнец «Стрела». Рассвет уже набирал силу, утренняя  туманная дымка  плотно прикрыла речную гладь, катер словно плыл по облакам. Река в этом месте делала крутой поворот Олег надел бушлат, прикурил,  засмотрелся на гаснущие звезды,вспоминая сон. А снился дом, Марина с сыном, родной Ленинград.



- Товарищ старший лейтенант, наблюдаю по левому борту самоходки противника



   Олег вскинул бинокль, до берега меньше километра, на таком расстоянии занимающие позиции StuG lll ,смертельно опасны, спасительный поворот совсем рядом, успеть бы.



- Сигнальщик, флажки – и уже врываясь в ходовую рубку – Право руля! Полный вперед!



   БК несся выжимая из двигателей все положенные ему 18 узлов. Катер подбросило, сразу за кормой взметнулись вверх несколько водяных столбов, рявкнула в ответ Кировская Танковая - главный калибр «Шмеля», гулко по ушам резануло звуком мощного, недалекого взрыва. «Стрела»объятая пламенем тонула дав сильный крен на правый борт. БК 144 ушел в поворот.



- Командир, впереди немецкая переправа, не плоты, катера, много катеров! – Отрапортовал Мичман.



- Это не катера Саня, это танки, плавучие танки на понтонах, так что побарахтаемся еще. Смотри, как идут, строем, красиво, спешат занять плацдарм на правом берегу, а что у нас на левом, точно фрицы переправу мастерят.



- Всем боевым расчетам, по вражеским целям, огонь!



   БАХ сказала КТ 28 ,один из амфибий завалился стволом вверх и быстро исчез в холодной воде, второму вспорола правый понтон заработавшая спаренная крупнокалиберная ДаШКа  над бронированной ходовой рубкой катера, БАХ третий пошел. Они на полном ходу ворвались в немецкий строй, на корме заработала зенитная установка МВ-4 ,счетверенный максим жадно выискивал цель за целью, БУМ - а это уже не выдержали нервы у одного из гансов, снаряд свистнул у борта и отправил на дно собрата. БАХ, БУМ, БУМ, БУМ понеслась цепная реакция нелепых смертей. Олег потерял победам счет, кто то пытался взять в прицел их юркий катер, кто то выбирался из люка чтобы попытаться выжить достигнув берега, вплавь, бросив неповоротливую технику. А на берегу немцы уже устанавливали зенитку.


   Звон, он попытался подняться, мичман рядом, мертв, вокруг обломки, огонь, паренек рулевой пригнулся за погнутым бронещитком, отчаянно крутит штурвал. БАХ, как сквозь вату. Слух возвращается, над покореженной рубкой нет крыши, значит нет ДШК, молчит зенитка, визг пуль, рубка мгновенно превращается в решето, парнишка валится рядом перерезанный очередью пополам, теряя сознание от боли Олег поднялся за горящий штурвал. Катер уже у левого берега, прямо по курсу последняя амфибия, а за ней Flak 18 немецкая зенитка готовая стрелять в упор. БАХ, нет зенитки, люк артиллерийской башенки открылся, но оттуда лишь взметнулись к небу 

языки пламени… Горящий штурвал уже не жег руки, Олег закрыл глаза. Марина  улыбнулась, Сережка протянул к нему ручки – Папа!



   В тот миг, когда тонущий катер коснулся кормы немецкого танка, взорвались топливные баки, ревущее пламя вспыхнуло ярче утреннего солнца, детонировавший следом боекомплект далеко разбросал обломки.



Вечная Память Советским морякам, погибшим, защищая нашу Родину!



Admiral_Kortes 16/01/2014


Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Альфа-тестер
211 публикация
1 468 боёв

Добрый день. Предоставляю историю о коротком бое, произошедшим 26 августа 1914г между английским крейсером и пассажирским лайнером, который немцы переоборудовали в рейдер.

Рейдер - пассажирское или торговое судно оснащенное морским вооружением для проведения рейдерских, ("пиратских"), налетов на торговые пути противника 

Картинки по теме:

Лайнер        Крейсер

Лайнер "Kaiser Wilhelm der Grosse"                          Крейсер "HMS Highflyer"

 

 

Чашка кофе была очень кстати. Капитан 1-го ранга Рейманн с улыбкой наблюдал, как шлюпка с представителями испанских властей отвалила от борта и направилась в сторону порта Рио-де-оро. Он хорошо их одурачил, испанцы так и не поняли, что его лайнер «Кайзер Вильгельм дер Гроссе», гордость немецкого кораблестроения и обладатель приза «Голубая лента Атлантики» теперь далеко не пассажирский лайнер, а вспомогательный крейсер, вооруженный рейдер.  Рейманн так же с удовольствием вспомнил о трех захваченных и потопленных пароходах с британскими грузами. Этот поворот карьеры сулил много перспективного.

«Герр капитан. На горизонте показалось судно» - сообщил старший офицер.

«Наверняка, очередной испанский транспорт. Пропустите. Продолжайте погрузку угля» - ответил Рейман и прихлебнул кофе.

«Герр капитан, корабль под английским флагом!» - закричал старший офицер.

Рейманн одной рукой взял бинокль и направил взгляд на приближающийся корабль. Чашка с кофе полетела на палубу.  Медленно, с чувством собственного достоинства, на рейд порта Рио-де-оро входил закованный в броню английский крейсер «Хайфлайер». Крейсер знал, за чем он шел. Его старые, но все-таки грозные 152-мм орудия были направленны на «Кайзера». Он вошел на рейд и закрыл выход из него.

Положение складывалось критически. Лайнер был абсолютно беззащитен в плане бронирования. Шесть 4-дюймовыми орудий и два-37 миллиметровых - не могли соперничать с мощным вооружением крейсера. Быстроходность лайнера использовать невозможно, корабль на якоре, да еще не под парами. Все эти мысли быстро пронеслись в голове Рейманна, пока он диктовал радисту отрицательный ответ на ультиматум англичан сдать корабль.

Реакция последовала незамедлительно. Борта крейсера обволокло дымом, послышался грохот орудийного залпа, и море вспенилось вокруг «Кайзера».

Первые снаряды попали в корму, вызвав большие разрушения и пожар. Рейман скомандовал рубить якорный канат и открыть ответный огонь. Два угольных транспорта срочно прекратили погрузку и отошли. На одном полыхал пожар.

Рейман глянул на палубу. Два бортовых шестидюймовых орудия сделали только по два выстрела, смертельный град осколков от английских снарядов прошел по незащищённым орудиям и вывел орудийную прислугу из строя. Палуба окрасилась кровью.

«Проклятье!» - закричал Рейманн.

Английские тяжелые снаряды насквозь прошивали  борта лайнера, вызывали большие разрушения и пожары. Немецкие моряки пытались их тушить, но тут же падали под очередными залпами крейсера, который расстреливал лайнер прямой наводкой.

Внезапно  английский крейсер прекратил огонь. Лайнер представлял собой печальное зрелище. Исковерканные борта, весь объятый пламенем и дымом, с креном на левый борт, корабль медленно относило к берегу.

Сделать было уже ничего нельзя. Рейманн скомандовал спускать раненых в шлюпке и эвакуироваться с корабля. Единственное, на что он надеялся, что английский крейсер позволит им это сделать.  

Крейсер «Хайфлайер» больше не сделал в сторону немцев ни одного выстрела. С его борта наблюдали, как от лайнера отошли спасательные шлюпки с экипажем, а сам корабль, с креном, медленно погрузился на дно.

Возле берега было не особо глубоко и часть корабля, которая не погрузилась в воду, еще долго полыхала огнем, и черный дым, расплываясь в воздухе, ветром относило к желтым равнинам Сахары.

Изменено пользователем DjonKonnor

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Старший альфа-тестер
130 публикаций
2 717 боёв

 

Здравствуйте! Немного альтернативной истории о последнем походе "Ямато".

Было холодное пасмурное утро 7 апреля 1945. Командующий операцией "Тен-ичи-го" вице-адмирал Ито находился на мостике линкора "Ямато". Погода в этот ненастный апрельский день соответствовала настроению  адмирала.  За последний год императорский флот потерпел серию сокрушительных поражений, практически все тяжелые корабли Империи были уничтожены, американцы высадились на Окинаву, каждый день совершались налеты на японские города, которые уничтожали инфраструктуру, убивали и калечили мирных граждан. Но адмирал был спокоен, он знал что остатки некогда огромного 2-го флота выполнят свой долг до конца. Как и положено настоящему самураю он встретит свою смерть с тихой радостью и легкой улыбкой, лишь бы его жертва не оказалась напрасной. 

В 12.20 радиолокационная станция "Ямато" засекла большую группу приближающихся самолетов.  Это были самолеты "Оперативного соединения 58" которые должны были уничтожить японский флот. Через две минуты американские истребители, бомбардировщики и торпедоносцы как осы посыпались из свинцовых туч и ринулись в атаку на корабли противника.  Дождь из пуль, бомб и торпед обрушился на японцев, но капитаны кораблей знали свое дело и фонтаны воды от разрывов бомб обливали холодным душем корабли, а проносящиеся мимо белопенные стрелы торпед  говорили о мастерстве японских моряков. Мгновенно меняя курс, несясь с максимальной скоростью и лавируя в разные стороны «Ямато» напоминал взрывающийся фейерверк 25-мм, 127-мм, 155-мм снаряды и патроны веерами разносились в разные стороны нанося опустошение в рядах атакующих американцев, даже огромные 460-мм орудия главного калибра и те вносили свою лепту в разгром врага. Не хотели отстать от флагмана и корабли эскорта маленькие эсминцы и легкий крейсер «Яхаги» дрожали от бешенной стрельбы своих орудий.

             Прошел час и море снова успокоилось, только несколько горящих на воде пятен да небольшие дымки от потушенных пожаров на японских кораблях напоминали о разыгравшейся недавно битве. Американская атака захлебнулась, из 255 участвовавших в налете самолетов назад вернулись 10. Вице-адмирал Ито впервые за долгое время позволил себе небольшую улыбку, эта была первая, пусть небольшая победа, за долгое время непрерывных поражений. Адмирал знал, что полученный приказ о наступлении на Окинаву он выполнит и Япония восстанет из пепла.

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
6
[JOLLY]
Альфа-тестер
25 публикаций
6 042 боя

Патруль



 



   Ранним весенним утром 41-го года, когда  на горизонте начали появляться первые лучи солнца, ещё ничто не предвещало беды, и тока штиль настораживал и как будто предупреждал, что патруль будет не простым.



    Время было чуть больше пяти утра, я шёл как обычно заступать на вахту, проходя уже не в первый раз мимо главных орудий, я смотрел на них как зачарованный. Было смешанное чувство, они пугали меня и одновременно восхищали.



    Прибыв на пост, раздалась тревога, но никого это не застигло врасплох. Изначально возникло  ощущение, что тревога была учебной, но это был тока обман. Всплеск воды по правому борту окатил меня с ног до головы. Сначала было всё как в тумане. Всплеск, ещё один, вода как в фонтане поднималась на невероятную высоту. На горизонте я увидел два корабля и вспышки их орудий. Наша сирена ещё гремела, вой был настолько сильный , что хотелось закрыть уши хоть чем ни будь, но было не до этого.



    Заскрежетали башни главных орудий, как будто просыпается великан и потягивается после долгой спячки, которую нарушило что то из вне. Орудия повернулись в сторону врага и замерли, было такое ощущение , что они задумались о чём то важном, а снаряды врага ложились всё ближе и ближе, один из таких снарядов пролетел над кораблем как стая бомбардировщиков.



    Раздались оглушительные выстрелы главных орудий, пламя вырвалось наружу, стволы окутал густой дым и снаряды умчались в сторону вражеских кораблей.



Выстрел за выстрелом, враги всё ближе приближались к намеченной цели. Корабль содрогнулся, снаряд попал в его носовую часть и пробил топливный бак, за борт хлынуло топливо, наш корабль был похож на раненного зверя. Он терял топливо как кровь, но стойко держался и огрызался в ответ. Выстрел орудий не умолкал. Залп, снова залп. Раздался оглушительный взрыв, я посмотрел в сторону противника, один из вражеских кораблей лопнул пополам и уже начал уходить под воду, заняло это всего несколько минут. Второй корабль врага оставил преследование, его мачты стали пропадать за горизонтом, а потом и совсем исчезли из виду.



    Моя вахта закончилось, и вечером я решил выйти на палубу. Дул легкий ветер, солнце заходило за горизонт, я стоял на корме и смотрел на воду. Наш корабль уносил нас всё дальше и дальше от дома. Я стоял и думал о бое, о нас, о потопленном корабле и о том, как мы вернёмся домой, но никто из нас и предполагать не мог, как закончится патруль.


Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Старший альфа-тестер
140 публикаций

Последний бой “Бисмарка”



 



Над морем немало историй



Второй мировой разлилось,



Кому-то в них вечная слава,



Кому-то в них вечный покой...



 



В германский период рассвета,



Отстроен был флот из руин:



Подводные лодки;  линкоры:



И был среди них исполин,



 



Как рыцарь в сияющих латах,



Суровой броней окружен,



Орудий калибрами грозен,



И, "Бисмарком" назван был он.



 



Лишь май сорок первого грянул,



Он вышел из Киля, где дом,



Чтоб силой своей неуемной



Сравниться с английским флото́м,



 



"Принц Ойген", ему помогая,



Был рядом, на случай пальбы,



В корме у него поспевая,



Для бриттов, смертельны  они.



 



Лишь датский пролив миновали,



По курсу - эскадры английской огни:



"Принц Уэльса", "Норфолк" ,"Саффолк" и "Худ",



Зовутся они.



 



Орудия мощные залпы



Ударили разом стократ, -



Нет больше уж крейсера “Худа”,



"Принц Уэльса" отходит назад…



 



Но, в горне сражения "Бисмарк"



Пробоину в борт получил,



"Принц Ойген" отходит с поломкой,



Лишь Брест его приютил...



 



Эсминцы, конвои покинув,



Нащупать пытаются цель;



Все ближе радарные сети,



Уйти нет надежды теперь



 



Над морем вдруг шторм разыгрался,



Прикрывший линкора отход,



Но с воздуха вновь он настигнут



“Арк Роял” к воздушной атаке готов:



 



 



Вдогонку британцы бросают



На "Бисмарк" торпеды, что град,



Две цели из них достигают,



Обрушив в рули свой заряд...



 



Все́ уже́ силок зажимая,



"Кинг Джорд" и "Родни" идут:



Ударом разбиты  надстройки,



На палубах смерть там и тут…



 



"Норфолк" с "Дортсетширом" подкрались,



Торпедами смерть принося,



Погиб капитан вместе с судном,



Морской стяг с собой унося.



 



Пал рыцарь сраженный судьбою.



Покинут командой линкор,



Бесславная смерть у героя



Не выполнен долга закон…


Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Старший альфа-тестер
62 публикации

                                                                                                                                                              На таран!
Шел холодный декабрь 1944 года. Первое что я помню с того дня, это невыносимая сирена. Столько лет прошло с окончания войны, а меня до сих пор берет в дрожь от того злосчастного звука.

С самого детства я мечтал стать моряком. Шум прибоя, соленый ветер, никогда не забуду, как в первый раз увидел дивное море. Наверно, это было самое лучшее, что может представить семилетний мальчишка. С того дня я не сомневался ни на минуту и упорно двигался к цели.

И вот я на эсминце с гордым название "Живучий". Может, именно имя корабля спасло нас в тот день. 

Ситуация на море была не из лучших. Только я собирался немного вздремнуть после свой смены, как затрещал сигнал тревоги. И спустя уже 2 минуты я был у командира и с сильным волнением ждал приказа. Сомнений не было, к нам надвигалось что-то большое и явно не с предложением попить чаю. Чтобы познакомиться с врагом, мы подсветили его. Это была подводная лодка, которая уже успела отправить нам свою торпеду. Дальнейшую ситуацию я помню смутно, обрывки команд "Право руля", " На таран". Их торпеда попала, точна в цель. Толчок был на столько сильный, что многих выбросило за борт. Я же, каким то чудом, успел ухватиться за трос и повиснуть на нем. Как только вражеская подлодка была в зоне досягаемости, мы со свистом вонзились ей, точно нож в масло. В ушах прозвенел скрежет металла и крик наших врагов. Затем, хриплый бас капитана "Полный назад" разнесся, думаю, далеко за пределы поля битвы. Немецкая подлодка, как пришитая, некоторое время двигалась за нами. Но вскоре, резко помчалась вперед. Как только она вышла из мертвой зоны, решающий возглас "Огонь" и по ней уже стреляло и кормовое орудие, чередуя заряды. Далее, минутное молчание, которое для нас длилось, целую вечность... Подводная лодка стала идти ко дну. Вернувшись обратно на борт и доставая всех мирно плавающих неподалеку, мы восторженно отпраздновали это дело.

Вскоре после этого, стало известно что «Живучий» потопил вражескую подлодку. Думаю если не наш капитан, и его пронзительное "На таран!", возможно, это битва имела бы другой исход.


Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Старший бета-тестер
1 публикация
57 боёв

Охотники и добыча.



Дымы в море появились в четвертом часу, когда солнце уже стояло у меня за спиной. Я опустил подзорную трубу. «Вестовой бегом в штаб. Дымы в море. Пока не опознаны.».



Прошло два часа прежде чем приближающиеся корабли приблизились на столько, что я смог различить их принадлежность. Наш легкий крейсер и два крейсера противника. Противник идет сбоку явно стремясь перехватить наш одинокий корабль. «Вестовой в штаб. Наш легкий крейсер идет к берегу. Примерно четыре часа ходу. Два крейсера идут на перехват. До пересечения два часа»



Томительно идут минуты. Тяжело и как то не удобно смотреть на то что происходит на водной глади. Наш крейсер упорно стремиться к острову. Он знает куда идет. Гостил у нас несколько недель, загружаясь углем. Но и враг не хочет упустить одинокого противника. Пусть сильного и злого, но все же одинокого. Я пока еще тихо и медленно читаю молитву. Прося защиту небес для тех храбрых людей, что сейчас стремятся к спасительному родному берегу. Первый выстрел. Оба противника дали залп носовыми орудиями. На предельной дистанции, они не попали, но разрывы легли близко. «Вестовой в штаб. Крейсер принял бой прорывается к берегу».



Полтора часа ходу до мыса. Наш крейсер и два врага, которые вошли в его кильватер, упорно продолжающих преследование. Корабли обменивались выстрелами орудий. Пока не причиняя друг другу серьезных повреждений. Но положение нашего крейсера было более тяжелым, враг бил в корму угрожая повредить ходовые системы. Каждый выстрел и попадание наших снарядов вызывали у меня бурю радостных эмоции. А каждый выстрел врага заставлял уйти сердце в пятки. Наш крейсер постоянно рыскал уходя из под огня врага, что приводило к потере скорости. А вот противник не обращая внимания на ответный огонь упорно шел вперед. Дистанция сокращалась. Все точнее ложились вражеские снаряды. Похоже не успеет, слишком сильный огонь. Несколько разрывов уже легли на кормовой палубе. Несколько, ударили в корму, пока не пробив бронепояс. Но наш капитан не собирался сдаваться. Крейсер лег на правый борт выполняя маневр на пределе возможностей. И вот встав бортом корабль дает залп всеми возможными орудиями, пускает торпеды и снова ложиться на обратный курс. Потеряв скорость и получив несколько попаданий в борт., наш крейсер заставляет врага отвернуть уходя с линии торпед. И вот уже только один враг ведет огонь. Второй уворачиваясь ушел из зоны действенного огня. «Вестовой в штаб. Полчаса до мыса».



Еще более томительно бежит время. Я буквально считаю томительные минуты до пересечения заветной линии. Идут к ней перестреливаясь крейсера. К ней же стремиться отставший враг.



Десять минут. Пять. Четыре. Три. Две. Одна.



Я вижу как на мысу открыто поднялся сигнальщик давая наводку. Время! Вокруг вражеского крейсера встают фонтаны разрывов. Есть!!! Огненный цветок расцветает на палубе врага. А наш крейсер уже забыл, что был добычей.



Теперь он охотник, который привел добычу к ловушке. 


Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
16
Старший альфа-тестер
127 публикаций
2 333 боя

Все совпадения с реальными людьми и событиями случайны...



 



 



Бой, которого не было.



«Что это было….. Они уходят! Уходят! Я жив, ЖИВ!»



Они уходили.  Они уходили,  дымя пожарами, с затопленными отсеками и выбитым ГК, с потерями в экипажах, но 2 зверя останутся здесь навсегда.  «Флот открытого моря» пришёл показать, кто хозяин на море и ударить в самое сердце Империи…. Но всё было не зря, мы выстояли, а они уходят, надеюсь, наш флот не отсидится в Гельсингфорсе и не выпустит их из ловушки.



Опускаю взгляд вниз, главная ударная сила форта «Красная горка» батарея из 4х12" открытых орудий, «моя» батарея. Действующих осталось 2. В середине боя снаряд попал в 4-й орудийный дворик, детонировали заряды на подающей тележке, орудие сорвало и опрокинуло, вся обслуга погибла. Разгоревшийся пожар, чудом не пошёл вниз в погреба запаса, оглушенные солдаты смоли отсечь огонь. Господь хранил нас в этом бою.



 Взорвавшийся снаряд позади батарей вывел из строя электроприводы 3-его орудия, и «журавль» превратился в кучу металлолома. Двумя оставшимися орудиями мы сумели добить один из линкоров, взорвав ему погреб средней башни ГК.



Левее, башенная батарея 2х2х12". Левая башня, как ножом вскрыта прямым попаданием, из неё поднимается к небу чёрный дым. Правая вела огонь до конца, даже после того как близким разрывом оторвало один из стволов.



Групповой командно-дальномерный пост напоминает дымящейся вулкан, несколько прямых попаданий не выдержал даже он, рухнули перекрытия, погребя всех находившихся внутри. Я оставался старшим артиллерийским офицером и принял командование фортом.



Правее батарея 8х10", это они вместе с гаубичной 8х11" батареей остервенело добивали обездвиженный линкор. За ними дымятся развалины батареи пушек Канэ, два взорвавшихся пороховых погреба оставили от батарей только воспоминания…



Доктор, в забрызганном кровью халате, обречённо качает головой над вновь поступившем раненым. Уже не помочь. «Господи, прими душу раба твоего….» сколько раз я сказал это за сегодняшний день, над убитыми и умирающими.



На другом берегу Финского залива полыхал брат близнец, форт «Ино». «Бетон не горит». Скажите это выжившим там, если таковые найдутся. «Золотой» выстрел их 12-дм батареи вывел из строя рули одного из кораблей и тот не управляемый выскочил на минное поле. Взрыв под кормой, всё ему не уйти. Добивали его уже мы. Основной удар флота пришёлся по форту «Ино», к концу боя все его 12" орудия молчали, и мы наблюдали регулярные взрывы и столпы огня на его позициях, рвались запасы пороховых  зарядов.



Наши противодесантные батареи форта «Серая лошадь» имея на вооружении только 6" Канэ и 120-мм орудия Виккерса раз за разом открывали огонь по врагу, восставая как Феникс из пепла. Это заставляло противника отвлекаться от обстрела основного форта и давало нам время чуть выдохнуть убрать раненых и убитых, сменить выбившихся из сил подающих. Кажется, что батарея подавленны, но через некоторое время «Серая лошадь» снова начинала посылать сталь в германские корабли, и опять бронированные гиганты перепахивают своими пушками непокорный форт. Остался ли там кто-нибудь живой?



Они уходили, оставляя нас на пепелище двух некогда грозных фортов. Мы выстояли, поле боя за нами. Нам осталось только помогать раненым и оплакивать погибших, и ещё надежда, что этот бой станет той соломинкой, которая сломает хребет кайзеровской Германии.


Изменено пользователем Lis5

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Бета-тестер
3 публикации
71 бой

Доброго времени суток! 

Написал небольшую повесть по рассказам моего деда, не знаю хорошо ли, или плохо написал ибо такой текст я писал впервые. Битва придуманная, происходит во время ВОВ в альтернативной реальности. В общем, прошу тухлыми помидорами сильно не закидывать. Название дал простое - "Страшное сражение!"

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------

В этот день я проснулся от воя воздушной тревоги. Не успев толком одеться, я выбежал на верхнюю палубу и увидел, что горит сопровождающий наш корабль, эсминец “Отважный”. По небу летали немецкие самолеты. Посмотрев на нос корабля, я увидел огромных размеров корабль. Вдруг, он развернулся набок и произвел мощный залп по нашему кораблю из всех орудий главного калибра.  Прямое попадание по башне главного калибра вывело ее из строя. Я побежал на капитанский мостик. По дороге я помог донести раненого матроса, осколок от бомбы попал ему в бедро. Прибежав на капитанский мостик,  я первым делом спросил  “Что происходит?”, капитан крикнул “Это Бисмарк!” после этого он отдал мне приказ бежать в радиорубку и послать сигнал помощи союзникам. Прибежав туда я, старался настроить рацию и отправить сигнал СОС, но ничего не вышло, залпом Бисмарка была уничтожена радиовышка, и было невозможным передать сигнал о помощи.  Я решил вернуться на капитанский мостик, и в этот момент Бисмарк дал очередной залп по нам! Один из снарядов попал в корабль в 50 метрах от меня, я упал и потерял сознание от удара головой. Очнулся я примерно через 15 минут после этого. Голова жутко болела, и сначала трудно было встать на ноги. К этому времени наш корабль уже был серьезно поврежден. Он накренился на правый борт, уничтожена кормовая башня главного калибра, очень много раненых матросов.

 От всего этого вида мне стало жутко страшно, я не знал, выберусь ли я из этого ада, или нет. Я вспомнил чудесный Ленинград, его красивейшие гавани и великолепные дворцы. Вспомнил о своей мечте – увидеть Москву, побывать на великой Красной площади, посмотреть на Кремль. От этой мечты меня пробила на слезу, и, посмотрев в небо, я увидел самолет! Это был не немецкий самолет, это был самолет британцев, а потом появился еще один, и еще! Они начали бомбардировать Бисмарк и вступили в бой с другими немецкими истребителями. Посмотрев на корму, я увидел корабль союзников, он тоже начал атаку по Бисмарку. Я побежал в капитанский мостик, но увидел страшную картину! В мостик попала бомба, лежали два мертвых офицера, около стола лежал тяжело раненный капитан. Я хотел помочь, но он сказал “Уже поздно. С этим уже ничего не поделаешь”, и дал мне конверт со словами “Передай его моей жене и скажи, что я очень люблю ее”. Капитан скончался. Я, вытирая слезу, побежал к шлюпкам, где все уцелевшие матросы уже спускали их на воду, что бы эвакуироваться на корабль союзников. Я залез в шлюпку, и мы спустились на воду и стали грести в сторону британского крейсера. На нем нам помогали английские моряки, раздавая одеяла и горячий чай. Я еще раз посмотрел на наш, уже тонущий, корабль. В этот момент я вспомнил всех друзей, моряков служивших верой и правдой родине, да и просто хороших людей. Это навело на меня печаль, ведь я больше никогда их не увижу. Но все же бой еще продолжался, корабль на который мы эвакуировались, стал отдаляться от места сражения. Бисмарк все еще упорно не хотел идти на дно, но вся мощь английских орудий, в конце концов, заставила его сделать это. После очередного залпа у Бисмарка взорвался погреб с боеприпасами, он начал гореть и разваливаться. Затонул Бисмарк достаточно быстро. Крейсер, на котором мы находились, пошел к ближайшей стоянке наших кораблей. Оттуда я попал в родной Ленинград, там я нашел жену нашего капитана по адресу на конверте и отдал ей его и передал последние слова нашего капитана, потом я просто молча ушел.

Битва с Бисмарком надолго отпечаталась в моей памяти, в тот день я потерял много друзей. Война всегда наносит огромный вред всему человечеству, погибают люди, уничтожаются целые города, а ведь смысла в этом нет! Все мы люди, все мы братья!

 

 

Изменено пользователем TheJMax

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Участник
1 публикация

«Будут ли знать, знают ли, знали ли?»


Непроглядный дым застилал уже бездушные обломки, когда-то называвшиеся кораблями. Но даже сквозь него было видно то, что стало причиной гибели подопечных адмирала Августа Вайса, столь вероломно напавшего на одну из многих групп Балтийского флота. Надеясь на мощь своих кораблей, созданных в лучших традициях кораблестроения его страны, он с полной уверенностью напал на корабли Красного флота. Экипажи некоторых советских эсминцев даже не успели дать первый залп. Но страшный грохот колоссального количества орудий откуда-то из кордебаталлии ознаменовал крах смелой атаки адмирала…

 

Будут ли знать немецкие адмиралы о том, что просторы Балтийского моря, сквозь штормы и грозы, бороздит грозный линкор «Советская Беларусь», готовый обрушить всю мощь своих орудий на головы германского врага?

 

…Моряки  линкора вышли на палубу, чтобы увидеть медленно тонущие железные могилы своих противников, столь ненавистных им за те извращенные идеалы и ту боль, которые принесли они с собой. Немецкие корабли даже после «смерти» пугали своими заостренными чертами и заставляли сердца экипажа линкора биться с перебоями, словно контужено было не только тело, но и душа.  Самым жутким оказался крейсер с заглохшим двигателем и мертвым экипажем, который, словно призрак готического замка, шел совсем близко от советского корабля. Его движение сопровождалось скрипом, похожим на злостные завывания...

 

Знает ли адмирал Виктор Кирвинец, что капитан корабля и один из матросов жуткого крейсера готовы выстрелить из заряженного орудия, направленного прямо на мостик?

 

…Молодая невеста адмирала ждет его в одном безызвестном городе в Сибири, эвакуированная подальше от фронта, как будущая жена высшего офицера. В одной из комнат скромного дома, принадлежащего одной местной чекистке, она пишет письмо, в котором желает ему скорейшего возвращения и удачного плавания. Никакие северные морозы не остудят ее чувства, и никакие ужасы войны не заставят ее прекратить ожидание…

 

Захочет ли она знать, что связь с кораблем, которым командовал адмирал, потеряна и его считают затопленным?

 

Раненые капитан и матрос смотрят на горящие куски железа, которые секунду назад были мостиком. Они с ненавистью смотрят на удивленных матросов. Они понимают, что другие корабли уже наводят на их корабль свои орудия. Они знают, что они не могут спастись, да и за брошенный корабль ждет трибунал. До ушей последних двух членов экипажа крейсера доходит звук летящего снаряда. И, внезапно, оба начинают осознавать, что вся война не имеет смысла. А последний, хоть и удачный, выстрел не кажется геройским…

 

Знают ли они, что адмирал Кирвинец, чудом выживший и вовремя поднятый на борт решил для себя, что эта война для него смысл имеет, и он пойдет до победного конца?

Изменено пользователем Comcherry

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Альфа-тестер
193 публикации

Рыболовное судно. В шестидесяти километрах от побережья Нью-Джерси, 1991 г.





- Видел, как парни из "Миннесоты" надрали задницы "Торонто"?

- Игра была что надо, Фрэнк по этому поводу проставлялся!

- Посмотри-ка, кажется, сеть зацепилась.

- Что там?

- Не знаю! Том, поддай-ка вперёд!

- Не идёт! Крепко держит!

-  ***! Давай сюда дайверов, сами мы её не достанем!



 



 



Берлин, шесть лет спустя.





- Бабуля, смотри, что нам принес почтальон! Тебе посылка из Америки!

- Из Америки?

Старушка распаковывает посылку и берет в руки вещь из далекого прошлого. Ее глаза в удивлении округлились, заблестели от слез. Дрожащими руками она ощупывает потертую обложку и переплет. Заглядывая на первую страницу, видит до боли знакомую надпись в углу: "Возвращайся скорей. Твоя любящая Анна".

Чернила размыты, но неизвестный мастер своими умелыми руками дал строкам новую жизнь.





" 10 ноября 1944 г.





Сегодня пришел приказ от командования. Нам назначили зону боевого патрулирования. Этого дня я и ждал, и боялся. Признаться, мы все надеялись, что война закончится и нас не отправят в поход. О победе уже никто не думает, на всех фронтах наши войска несут невосполнимые потери, кажется, что в победу верят только *** и Геббельс, но, конечно, вслух об этом никто не скажет.

 Поговаривают, что все дно Атлантики уже усеяно нашими лодками. Сейчас только два экипажа из десяти возвращаются домой. Опытных - почти не осталось. Большая часть нашей команды еще не хлебнула забортной воды, даже капитану всего двадцать три. Но мы знаем, что нужны Германии.

За время подготовки к походу я подружился со вторым механиком Вилли, он обычный парень из деревни,  но по духу настоящиий моряк. Мы с ним немного похожи, его дома ждет невеста, как и меня.  Мы оба верим, что наш экипаж будет одним из двух, которые вернутся домой.





8 декабря 1944 г.

Всплеск. Пара секунд - еще всплеск. Оставляя лишь струйку пузырьков, они неслышно, словно огромные пауки по своей паутине, спускаются вниз. За нами. Ожидание. Тишина. Красный аварийный свет. Это наша подводная ночь. Словно оцепеневшие, словно пораженные параличом, мы  застыли в ожидании. Сначала где-то вдалеке, а затем и в десятке метров от нас.. взрыв. Но ты лишь сильнее жмуришься и хватаешься за поручни, лишь сильнее сжимаешь глаза  в страхе, что они вылетят из орбит и укатятся куда-нибудь в торпедный отсек. Каждый разрыв будто вбивает тебя в глубину. Проходят минуты. Шепот.  Глубина 80... 90... 100. И вот уже мы слышим, чувствуем, как сжимается наша лодка. Замечаешь струйку воды. Лодка напрягается. Она словно потеет. Мы чувствуем, как океан пытается раздавить нас. Оцепенение проходит. Резкий запах. Гальюн не прочищали уже много часов. Слышишь шепот молитв. Видишь лицо товарища. Его брови тянутся вверх, ,будто рвутся на поверхность. Он  смотрит на тебя в мольбе. И понимаешь - не на тебя. Куда-то далеко. Наверное на Бога. Но Бог навряд ли слышит нас на такой глубине. Глубина 190.. 200. Вахтенные, словно призраки, бродят по щиколотку в воде, боясь издать малейший звук. Здесь уже не слышно всплесков, но порой визг гидролокатора пронизывает всю эту бездну насквозь, а тебя, ничтожного человечишку, прибивает на место, и в эту секунду кажется, будто ты никогда с него не сойдешь.





12 января 1945 г.

"Никого не ищите, только вернитесь". Эти слова сказал мне один знакомый рабочий в порту перед самой нашей отправкой. Они все чаще всплывают в моей памяти.

  Враг настигает нас. Он будто знает, где мы появимся в следующий миг. Снова и снова мы погружаемся. Заряд батарей на исходе, мы висим над пропастью в нашей помятой трубе, а когда кислород истощается - медленно сходим с ума. И только мысли об Анне, образ ее лица, и кажущиеся уже бредом воспоминания о той, другой, жизни спасают от полного безумия. У каждого здесь есть своя Анна, свой реальный мир. И мы, вечно тонущие, держимся за эти мысли, как за спасательный круг.





.. февраля  1945 г.

Шум... По пояс в воде... Тьма... Ребята погибли.. Весь наш поход... Надеюсь, не зря... Думаю о тебе...Как нам хотелось пожить... "



 



12 ноября 1944г. U-869 была отправлена к побережью Америки. Вскоре с ней потеряли связь. Лодка дошла до побережья Нью-Джерси, где и затонула .По оценке экспертов, - в результате взрыва собственной дефектной торпеды.


  • Плюс 1

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Бета-тестер
33 публикации

История одного сражения

 

Багряный луч восходящего солнца проник на корабль через окно капитанской каюты. Кровавым шрамом он выхватил из предрассветного сумрака лицо – отсутствующее, усталое и седое. Еще минута – и вот уже вся комната запылала красными отблесками, целиком осветив фигуру, лик которой словил первый солнечный луч.

 

Дверь в каюту распахнулась. Вошедший попятился – столь непривычен и ярок был свет, пришедший на смену ночной тьме. Глаза, столь привыкшие к длинным северным ночам, постепенно возвращались к солнцу и теплу, и вот уже моряк наконец-то разглядел того, кого искал – сгорбленную фигуру, задремавшую над картой, развернутой на столе.

 

- Товарищ капитан, мы заделали пробоину по левому борту, - доложил вошедший.

 

Казалось, человек за столом только и ждал этих слов. За какую-то секунду уставший, поседевший и немощный старик встрепенулся, по-военному расправил плечи и встретил взором гордо поднятой головы вошедшего моряка. Теперь стало видно, что это человек не так уж стар – тело еще сохранило былую удаль, а седина лишь начинала пробиваться. Лишь глаза, отяжеленные тысячами забот, выдавали в нем морского волка, который повидал такое, чего другим лучше бы не видеть.

 

- Очень хорошо, лейтенант, - четко, будто не спал ни минуты за всю свою жизнь, ответил капитан, - А теперь идите и узнайте, как обстоят дела в радиорубке.

 

На самом деле, в этом не было необходимости. Все прекрасно знали, что от ночного шального фугаса радиорубку разворотило так, что починить ее не сможет ни один, даже самый гениальный инженер. Корабль плыл в открытом океане, но куда и где он плыл – точно не знал никто.

 

Едва лейтенант удалился исполнять приказ, капитан снова склонился над картой, пытаясь закончить дело, за которым его настигла дрема - перенести на карту координаты, собранные ночью со звездного света, но на самом же деле пытаясь работой отвлечься от ночного кошмара. Но удавалось это плохо, осколки снарядов и корабельной обивки смертельно изранили карту, оставили от нее одни клочки, точно так же, как вчера они убивали и разрывали на части живых людей.

 

Но одна пометка на карте уцелела. На месте подписи к ней зияла дыра, но капитан и так помнил, что это было за место.

 

«Значит, здесь», - невольно подумал он.

 

Да, именно здесь. Эскадра эсминцев под покровом ночи пробиралась к предположительному месту стоянки врага, надеясь нанести быстрый и точный удар. Но что-то пошло не так, противник не был обнаружен, и корабли легли на обратный курс. Внезапно раздался выстрел. За ним еще и еще. Завязался бой. Всюду стоял грохот корабельных орудий. Кто-то начал пускать торпеды. Снаряды летели отовсюду, разрывая ночную тьму и насмерть вгрызаясь в маленькие кораблики. С кем идет сражение – не знал никто: с врагом ли, с обезумевшим союзником  или с самим морским дьяволом.

 

Каким-то чудом хрупкий эсминец оставался на плаву. Неведомым чутьем капитан вел свой корабль через самую гущу боя, туда, где, как ему шептал инстинкт загнанного зверя, будет безопасно. Корабль плыл и плыл, разрезая носом воду и тела павших товарищей в ней, пока шум выстрелов не стал казаться лишь призраком, наваждением во сне.

 

Никто не станет искать один искалеченный, заблудившийся, истекающий топливом слово черной кровью корабль. Идет война, флот двинется дальше, и никто не вспомнит, что где-то отчаянно борется за жизнь маленький эсминец, что где-то отчаянно командует седеющий капитан, а одинокий лейтенант и несколько выживших матросов отчаянно исполняют его команды. Для них все они уже обратились в чаек.

 

Но каждый из них знает – где-то есть земля, родной дом, где мать ждет сына, дочь ждет отца, а мелкие внучата – своего дедушку, который им расскажет очередную байку про морское путешествие. И именно поэтому сейчас матросы сражаются с водой, заливающей отсеки, инженер ведет неравный бой со сломанной рацией, а механик борется с двигателем, который все норовит заглохнуть.

 

Капитан поднялся на палубу. Солнце окончательно рассеяло остатки ночи и ночного кошмара. Капитан был готов. Он знал, что команда тоже готова. Сражение только начиналось. 

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
35
[W_OLD]
Супертестер, Коллекционер, Старший альфа-тестер
496 публикаций
8 341 бой

                                                                                                   Гибель Канцлера 
Перед нападением на СССР в 1941 г.  немцы хотели нанести Английскому флоту как можно сокрушительный удар, чтобы не подставлять "спину" наступающих войск. С этой целью к выходу были подготовлены линкор "Бисмарк" и тяжелый крейсер "Принц Ойген". Предполагалось, что в ходе операции к ним присоединяться пару линкоров ,а также подводные лодки, поэтому к "Бисмарку" приписали офицера-штабиста подводного флота. Операция "Рейнубюрг" должна была стать довольно крупным мероприятием и была строго засекречена. Возглавил операцию вице-адмирал Лютьенс,опытный, хорошо зарекомендовавший себя в  сражениях морской волк.
                                                                                                       Из дневника Адмирала Г. Лютьенса.
    18 мая.Пройдя по палубе "Бисмарка" приняв доклады командиров боевых частей корабля, убедившись в исправности этого восхетительного и грозного Оружия. Я наслышан о английском линейном крейсере "Худ" и  Линдерманн с опаской относится к нему. Выйдя из Готенхафена мы спешно направились к проливам. Ночь выдалась ветреной. Было прохладно, накрапывал мерзкий, надоедающий дождь, за бортом наблюдалось не большое волнение. Океанская вода переливалась оттенками серого и темно синего. Ночью мне приснился кошмар:"Повсюду лежат обгоревшие тела, я слышу ужасные крики и  стоны. Всё  охвачено огнем." Не став задумываться о сне я вышел на мостик. Светало. Солнце только начало показываться из-за горизонта. Легкий бриз и крик чаек не предвещал беды. 
    21 мая мы прибыли в Корс-фьорд, нам необходимо было дозаправиться. Во время дозаправки один из матросов заметил самолет разведчик, по видимому английский. Не теряя времени мы вернулись в Атлантику. 
   23 мая, 19.22 был замечен и опознан английский крейсер, несколько залпов заставили его уйти за горизонт. 
   24 мая.Казалось мы оторвались и пропали из виду. Но рано утром в дали завиднелся силуэт корабля, это был линкор "Худ". Несколько его залпов легли далеко от нас, ответные выстрелы наших кораблей сначала подожги, а затем и потопили "Худ". 
   25 мая.Мы подверглись  атаке самолётов-торпедоносцев.Одна торпеда легла в бронепояс без особого ущерба.  Мне становится не по себе. 
   26 мая. Ночью мы снова  атакованы с воздуха. При  бомбардировки в нас попало 2 снаряда, один в бронепояс, другой  снаряд попал в корму, в результате отказали рули. Это было начало конца. Перед отплытием я сказал одному из своих друзей:"Единственное, чего я опасаюсь, так это как бы один из английских торпедоносцев не сбил рулевое управление линкора".
    27 мая, ночь. Нас заметили, англичане на подходе. Я в отчаянии, нас расстреливают . С правого борта доложили о приближении торпед, две из них пробили корпус ниже ватерлинии. Всё вокруг полыхает, обожжённые тела, это мне напомнило мой кошмар. Замолчал главный калибр, а потом и средний- кончились боеприпасы, ярко оранжевым огнём полыхает палуба, обшивка левого борта раскалилась до красна. Линдерманн отдал приказ покинуть корабль оставшимся выжившим. В 10.36 охваченный огнем "Бисмарк" стал медленно крениться вправо. До Франции осталось около 400 миль.На мостике останемся только я и Линдерманн. Свой дневник я передаю матросу с последней шлюпкой и ухожу вместе со своим кораблём.
   Из 2403 членов команды спаслось 113.Это сражение стало настоящей трагедией как для Германии, так и для Англии. обе стороны потеряли самые передовые, самые мощные корабли. Неисчислимы были и человеческие потери - 2290 человек со стороны немцев и 1416 человек со стороны англичан. Все они пали смертью храбрых, выполняя свой воинский долг.

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Альфа-тестер
121 публикация
579 боёв

Рейд «Красногвардейца»



Это случилось 30 сентября 1941 года. Шёл восьмой день дежурства подводной лодки Д-3 «Красногвардеец» у берегов неприятеля. Подлодка под командованием  капитана 3 ранга Филиппа Васильевича Константинова уже потопила два корабля неприятеля: один транспорт у входа в Тана-фиорд и один крупный танкер близ Кой-Фиорда. Утро было тихим и спокойным не предвещая ни каких встреч, как вдруг вахтёрный центрального поста, пристально наблюдавший за морем через перископ, докладывает «Вижу два транспорта!». После этих слов на корабле звучит сирена «Боевая тревога». Капитан встаёт у перископа и начинает манёвры для выхода на цель. Но на кораблях заметили подлодку и они перестали держать строй и начинают плыть в разных направлениях. Капитан принимает решение следовать за кораблём с меньшим водоизмещением, пологая что корабль с более большим возмещением уйдёт на более меньшее расстояние. И вот капитан заходит на более маленький немецкий транспорт.  Различие в скорости очень мало, и поэтому «Красногвардеец»  настигает его только через час. Атака была скоротечной: было выпущено две торпеды из которых одна попала точно в цель, после контакта с торпедой корма транспорта быстро погружается подводу, утягивая за собой носовую часть корабля. После потопления маленького транспорта капитан подлодки решает вернуться на место встречи с транспортами и начать поиски более «тяжёлого» транспорта. Через 2 часа следования курсом уходящего транспорта они настигают и его. И вот звучит «Боевая Тревога» и «Красногвардеец» производит победоносный залп, записывая на свой счёт четвёртый корабль неприятеля за этот рейд.



 



Вскоре корабль получил приказ возвращяться на базу и 17 октября 1941 года вернулся в Екатерининскую гавань. Уже в то время подводная лодка «Д-3» по числу одержанных побед заняла первое место среди североморских лодок


Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Участник
4 публикации
47 боёв

7 декабря 1941 года Япония совершила нападение на Пёрл-Харбор, что послужило поводом вступления США во Вторую мировую войну.

1. Пёрл-Харбор до 1941 года

В 1875 году США и королевство Гавайи заключили договор о сотрудничестве, по которому флот США получал доступ к гавани Пёрл-Харбор в обмен на специальные условия для импорта гавайского сахара в США. Позже, по итогам Испано-Американской войны 1898 года США окончательно аннексировали Гавайи.

После аннексии гавань была расширена, что дало возможность принять больше кораблей. В 1908 году была построена судоверфь.

2. Нападение на Пёрл-Харбор

26 ноября 1941 года ударное соединение японского императорского флота под командованием вице-адмирала Тюити Нагумо по приказу командующего флота Ямамото Исороку покинуло базу в заливе Хитокаппу на Курильских островах и направилось к Пёрл-Харбору. Японское соединение включало шесть авианосцев: «Акаги», «Хирю», «Кага», «Сёкаку», «Сорю» и «Дзюйкаку», на которых размещался 441 самолёт, в том числе истребители, торпедоносцы, пикирующие бомбардировщики и истребители-бомбардировщики. Эскорт авианосцев составляли 2 линкора, 2 тяжёлых и 1 лёгкий крейсер и 11 эсминцев (по другим данным — 9 эсминцев и 6 подводных лодок).

Целью нападения на Пёрл-Харбор являлась нейтрализация тихоокеанского флота США для того, чтобы обеспечить свободу действий японской армии и флота в юго-восточной Азии.

Утром 7 декабря самолёты с японских авианосцев нанесли удары по аэродромам на острове Оаху и по кораблям, стоявшим на якоре в гавани Пёрл-Харбор. Было потоплено 4 линкора, 2 эсминца, 1 минный заградитель. Ещё 4 линейных корабля, 3 лёгких крейсера и 1 эсминец получили серьёзные повреждения. Потери американской авиации составили 188 самолётов уничтоженными, ещё 159 были тяжело повреждены. Американцы потеряли 2403 человека убитыми (из них больше 1000 на борту взорвавшегося линкора «Аризона») и 1178 ранеными. Японцы потеряли 29 самолётов — 15 пикировщиков, 5 торпедоносцев и 9 истребителей. Были потоплены 5 сверхмалых подводных лодок. Потери в людях составили 55 человек. Ещё один — лейтенант Сакамаки — был взят в плен. Он доплыл до берега после того как его сверхмалая подводная лодка наскочила на риф.

С точки зрения немедленного эффекта, нападение на Пёрл-Харбор обернулось невероятным успехом для Японии, превзошедшим любые ожидания тех, кто планировал операцию. Нейтрализация тихоокеанского флота США на 6 месяцев позволила Японии с лёгкостью захватить большую часть Юго-Восточной Азии, включая Гонконг, Бирму, Голландскую Ост-Индию, Малайю, Сингапур и Филиппины. Однако, отказ США в перемирии и невозможность получения помощи от союзников в конечном счёте привели к поражению Японии. Из всех потопленных американских кораблей не удалось восстановить только 4 — линкоры «Аризона» (взорвался), «Оклахома» (перевернулся) и 2 эсминца. Стремясь уничтожить линкоры и самолеты, японские силы оставили нетронутыми очень важные для дальнейшего хода войны и вместе с тем легко достижимые в рамках неожиданной атаки цели: 11 подводных лодок, огромные запасы нефти в хранилищах, ремонтные мастерские и доки. Собственно и авиации, несмотря на кажущиеся большими цифры ущерба, был нанесен значительно меньший возможного урон. Стремясь к максимальной скрытности и минимальным потерям, японское командование отказалось от применения артиллерийских кораблей (что при снижении риска потерь и обнаружения значительно уменьшило и нанесенный противнику ущерб), сосредоточившись на авиации и сверхмалых подводных лодках (последние не принесли никакого результата). Более того, пытаясь максимально извлечь результат из фактора неожиданности, удар наносили лишь двумя волнами, что в конечном итоге, сохранив большее количество самолетов, существенно уменьшило и американские потери. Умышленно или случайно японский флот напал на американскую военную базу в момент отсутствия в ней авианосцев. Как следствие ставшие основными военно-морскими силами в американском флоте в ходе Второй мировой войны авианосные силы не понесли в ходе операции никаких потерь. Последний фактор стал поводом для обвинения американского руководства в умышленном сосредоточении под удар японского флота не имеющих решающей боевой ценности кораблей (линейные корабли типа «Северная Каролина», на тот момент два новейших и как следствие сильнейших линкора США, на базе отсутствовали, ещё восемь находились в разных стадиях достройки) с целью изменения общественного мнения внутри страны. Из 22 японских кораблей, принимавших участие в нападении на Пёрл-Харбор, к концу войны уцелел только 1.

3. Пёрл-Харбор после Второй мировой войны

В настоящее время Пёрл-Харбор является крупнейшей военно-морской базой США на Тихом океане и штаб-квартирой тихоокеанского флота США. Судоверфь, расположенная рядом с гаванью, обеспечивает работой 12 000 человек.

В память о погибших американских моряках на месте затонувшего линкора «Аризона» создан мемориал. Ещё одним памятником событий войны на Тихом океане является находящийся на вечной стоянке в Пёрл Харбор линкор «Миссури», на котором 2 сентября 1945 года был подписан акт о капитуляции Японии. Об этом событии сняты два фильма: американо-японский «Тора! Тора! Тора!» и американский «Пёрл-Харбор».

До встречи на ОБТ. Sub_Octavian.

Изменено пользователем Sub_Octavian

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Альфа-тестер
2 публикации
2 314 боёв

Рассказ вымышленый, но основа взята с реальных событий (Морское сражение за Гуадалканал ноябрь 1942). Не претендует на логичность или историческую правдеподобность, являя собой лишь мое представление о бодром морском рубилове в условиях ночи.

 

Спасибо.

 

*****

 

1942 , Гуадалканал 0050 локальное время.

 

6 эсминцев , 4 крейсера и 1 линкор  соблюдая режим радиомолчания подошли в упор к стоящим на якоре судам флота США.

 

Разбитые на 2 группы они атаковали соединение состоявшее из 8 эсминцев и 5 крейсеров стоявших на рейде. Но главный удар должно было нанести 3-е соединение состоящее из 4 эсминцев и 1 линкора. Оно должно было скрытно пройти мимо завязавшейся битвы и на полном ходу устремиться вдоль побережья к беззащитным транспортам.

 

Целая серия случайностей привелка к тому, что атакующие силы не были замечены или были ошибочно приняты за союзные, но 3-е соединение наткнулось на идущее встречным курсом соединение из 3 эсминцев. Его не получалось обойти и оставалось ждать пока не полыхнет в 40 милях южнее.

 

Условная фраза прозвучала в эфире и спустя пару секунд небо озарилось огнем, осветительные ракеты окрасили море в цвет крови и корабли японского флота открыли огонь в упор по противнику.  Снаряды врезаясь исчезали в корпусах кораблей, чтобы через мгновение вернуться в виде огня и обломков.

 

Тем временем на мостике лидера 3-ей группы так же был отдан приказ открыть огонь.

 

Первой жертвой стала тишина, разорванная и уничтоженная бесследно, рождением ударной волны от выстрела главного калибра. Спустя пару секунд от прямого попадания раскололся на части первый эсминец Лэффи, 2 снаряда угодили в рубку испарив большую часть надстройки.  Судно быстро тонуло , не оставляя шансов выжившим матроссам с нижних палуб.

***

Мостик эсминца США Бартон.

 

- Сэр!  Это японцы!

 

Яркая вспышка прервала отборную брань старпома, пару мгновений все наблюдали как идущие спереди и сзади эсминцы исчезают в пламени. Пылающие ошметки метеорами отражались в черной воде и дождем сыпались вокруг Бартона.

 

- Это линкор , черт побери , они  притащили к нам линкор ! Чертовы..

- Какого черта здесь происходит, как вы их проспали ?! – Вбежавший на мостик кэп был в ярости.

- Мы думали это дружественные ..

- Вы думали ! Да я вас ..

 

Мощный удар кинул всех на пол, огненый вал ударил в входной люк и он выгнулся дугой вовнутрь, но выдержал.

Корабль получил попадание в мачту,  снаряд сдетанировал на высоте, второй снаряд попал в край крыши кормовой башни и срикошетил, но взорвался уже позади и немного сверху башни вминая ее во внутрь вместе с палубой. Еще 1 снаряд прошел насквозь надстройку и взорвался с другой стороны ,чуть выше ватерлинии , оставив огромную дыру в корпусе и частично разрушив турбину по левому борту.  Образовалась большая течь, но в целом судно было еще боеспособно, хоть со стороны и выглядело, что его постигла судьба его товарищей.

 

- Одна турбина работает на полную, вторая вот-вот сдохнет, течь с трудом, но остановлена, пожаров нет. Кормовые орудия вывыдены из строя, черт нам ужасно повезло сэр, что мы еще на плаву сэр!

-Линкор на 15 часов, дистанция 16 миль !

-Прекратить огонь ! Полный вперед, приготовьте торпеды к бою и чтоб ни писку в эфир!

- Но,

- Живо !

- Есть!

- Сэр, мне кажется это не самой удачной идеей, – сказал хищно улыбаясь старпом.

- Мы проиграли это сражение, но не поздно начать еще одно, не так-ли?  Чтож, вы все приглашены на шоу! Давид и Голиаф в современной постановке от лица флота США! И я надеюсь нам удастся сорвать аплодисменты японской публики,- обратился к окружающим капитан Фокс.

***

Остатки ордера США смогли опомниться от удара и ввязались в кровавый ближней бой во тьме с первыми двумя группами. Корабли смешались и нередко огонь велся по своим. Но Конго шел полным ходом к цели и оставался лишь полуразрушенный, но все еще смертельно опасный эсминец Бартон, оставшийся незамеченым японским монстром и его свитой.

 

Но это уже другой бой и другая история.

Изменено пользователем Cninja

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Альфа-тестер
217 публикаций
179 боёв

                                                                                                       Инцидент  13/57



Наш крейсер уже 7-ую неделю бороздил южные воды. После смены вахты я решил перекурить у бака. Свет звёзд играл на глади моря лёгкими бликами, слабый остовый бриз предавал немного свежести душной ночи, а ведь ещё 10 таких спокойных ночей, и мы будем в порту,  дома.



Около полуночи на горизонте появился силуэт судна, хоть ночь была ясная, на таком расстоянии определить,  кому оно принадлежит было невозможно,  впрочем, и необходимости то особой не было. Через несколько минут появилось ещё 2 судна, они, последовательно повернув на 8 румбов вправо, легли с нами на параллельный курс, а потом, потушив огни, и вовсе скрылись из виду. Вахтенный начальник, не придав этому особого внимания, ответив матросу доложившего ему что корабли в море не редкость, и не надо забивать голову подобной чепухой.



Выбросив окурок за борт,  я уже собирался уходить, но те корабли снова появились на горизонте, на этот раз уже освещенные вспышками выстрелов. Вода вокруг корабля начала разрываться гейзерами, обдавая людей на верхней палубе, холодными, как иглы брызгами, лишь один снаряд разорвался на носу, сильно разворотил палубу, и перебил якорный трос. Двенадцать тысяч фунтов железа с гулом поглотило море.  Вахтенный начальник, допустив такую оплошность, не успев вскрикнуть, свалился замертво, осколком ему раздробило висок. На верхней палубе стало появляться всё больше и больше членов экипажа, даже капитан Юнг, будучи больным, уже был в штурманской рубке. Связаться с атакующими нас кораблями не было возможности, радиостанция упорно молчала уже 3-тьи сутки. Снова вдалеке разразилась канонада выстрелов…



В этот раз их комендоры не промахнулись, множество надстроек на верхней палубе было уничтожено, или объято огнём, возросли жертвы и среди экипажа, снаряд, разорвавшись у юта, перебил всех стоящих там, в том числе инженера-механика и старшего штурмана.



Крики ужаса, вопли умирающих, треск поедаемого огнём дерева, всё это смешалось в одну сплошную какофонию, заражая людей паникой. Несмотря на поднятую боевую тревогу, лишь несколько десятков человек заняло боевые места, остальные же стали прятаться по нижним отделениям, или же вовсе выпрыгивать за борт. Интенсивность обстрела всё возрастала.



После того как потушили огни, и сменили курс на 2 румба влево, попадания несколько сократились, хотя уже насчитывалось уже больше десятка пробоин, плюс 5-ый шпангоут был заполнен водой, наш «Адмирал Нахимов» давал 22 узла хода. Но противник не отставал, следуя за нами кильватерной колонной, он снова пристрелялся.



Спустя 12 минут «боя» ответила и наша артиллерия, уцелевшие башни правого борта дали залп. Не знаю что тогда произошло с теми судами, но они, застопорив машины, начали передавать нам что-то по семафору.   



Утро. Стоя неподалёку от 3-ёх американских судов, мы уже были в курсе произошедшего.  По случайности мы попали в зону, где их суда должны были проводить учебные стрельбы. Из-за неисправности радиорубки мы не получили вовремя оповещения, вот и были спутаны с мишенью. Дальнейшие разбирательства не дошли до ушей команды, но уже в порту  мы узнали, что капитан ведущего судна, Джэймс  Дуглас, был разжалован, и с позором выгнан из флота.  57 жизней стояло нам неисправность радиорубки, в том числе и нашего капитана, который спустя 2 недели от получивший ранений, и обострившейся пневмонии скончался в госпитале.



Во избежание скандала, и ухудшения международных отношений, это происшествие с названием «инцидент 13/57», под грифом секретно, было занесено в военно-морской архив обеих держав.


Изменено пользователем Aritakarukime

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Бета-тестер
18 публикаций
5 боёв

Операция "Катапульта"

           

 3 июля 1940 г. Порт Мерс-эль-Кабир

    В довольно не выгодное положение попал наш флот. Британцы поставили ультиматум нашему адмиралу, в краце он звучит так: "либо вы отдаете свои корабли Англии, либо  все свои корабли пустите ко дну, иначе вы будите, уничтожены" естественно на такие условия не возможно было согласиться, ведь это противоречило приказу командования, на это мы пойти не могли. На всех кораблях была поднята боевая тревога и приказ спуститься  с якоря что бы уйти в Тулон где собирался весь наш французский флот для сдачи его немцам по условию мирного договора но кажется, Англичанам это не понравилось и они решили  либо забрать наши корабли либо их уничтожить. Хотя мы не верили что они решаться атаковать нас первыми хотя наши силы были равны если верить слухам то это было соединение "H" в который входили: 1 линейный крейсер, 2 линкора, 11 эсминцев, 1 авианосец и 2 легких крейсера. У нас же было 4 линкора и 6 лидеров. И в правду положение было не очень.

 После снятия якорей и выдвижения первого корабля  Британцы открыли по нам залп открыть ответный огонь мы смогли не сразу корабли мешали друг другу вести огонь к счастью первый залп британцев не дал результатов. Через некоторое время началась  активная перестрелка.

Со стороны это смотрелось, наверное, красиво действительно смотреть, как  снаряды летят от  корабля к кораблю. Один за другим наши корабли шли ко дну. Вскоре эту сцену я запомнил надолго то, как вышел из строя наш "Дюнкерк" в него попало 2 снаряда, весь корабль охватило пожаром, один из осколков попал в орудие, все кто находился внутри него сгорели заживо. То что творилось вокруг, было словно ад наяву. 

  "Дюнкерк" сел на мель после этого попадания, но бой продолжался за ним пошли на мель "Прованс" и "Магадор" лишь "Страсбург" смог уйти целым и невредимым. Но на этом кошмар не закончился, оставшиеся корабли шли ко дну один за другим. Перед тем как сесть на мель "Прованс сделал один точный залп, но удача оказалась, а стороне англичан выстрел был сделан по "Худу" снаряд пролетел точно над капитанским мостиком, два снаряда отскочили об борта "худа" и обрызгали его экипаж  водой.

   Затишье после боя веет как обычно смертью: ко дну идут остатки кораблей с экипажем на борту, и все охвачено пожаром столбы черного дыма  как проводники душ тех, кто пал в этом дожде из огня смерти британской короны  отправлялись в другой мир.

    "Дюнкерк" который был подбит в начале боя сообщил что они восстановятся  корабль в кратчайшие сроки, это перехватил британский флот который дал массированный  залп по "Дюнкерку"  это было как луч света состоящей из смерти от одного места летел в другое матросы видя и смотря на то как на них летит это облако просто стояли и смотрели как будто они были уже мертвы, и их не стало. 

    В этом бою погибло много людей и пошло ко дну множество кораблей Франции. Соединение "Н" не понесло потерь. Этот бой дал знать всем, что Англия будет продолжать войну с Германией, во что бы то ни стало, даже если потребуется уничтожение флота союзника, который хотел перемирия и конца войны для своего народа.     

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Гость
Эта тема закрыта для публикации новых ответов.

×