Перейти к содержимому
Для публикации в этом разделе необходимо провести 50 боёв.
XBOCTATA9I

Этот день в истории.

В этой теме 18 комментариев

Рекомендуемые комментарии

48 публикаций

 

В Иркутске состоялось торжественное открытие памятника адмиралу Колчаку 

7de3fd8e9a38dc4c28a828a2d045e870.png

Александр Васильевич Колчак (1874-1920), белый офицер, адмирал, известный государственный и военный деятель царской России, после февральской революции 1917 года занял резко контрреволюционную позицию, был отозван Временным правительством в Петроград и послан в командировку в Великобританию и США. В октябре 1918 года с английским генералом Ноксом он прибыл в Омск и вскоре был назначен военным и морским министром «сибирского правительства». При поддержке кадетов, белогвардейских офицеров принял титул «верховного правителя российского государства» и звание верховного главнокомандующего. После разгрома белогвардейских войск из Омска перебрался в Иркутск, где 27 декабря 1919 года был взят под охрану чехословацкими войсками. 15 января 1920 года по требованию восставших рабочих выдан эсеро-меньшевистскому политцентру, а затем передан большевистскому ревкому. 

 

 

 

 

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
2 363
[PF_DS] Thori
5 384 публикации
645 боёв

Это про 2004-й год.... Тогда его открыли. Был несколько недель назад у этого памятника.

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
1 113 публикации

Крута чехи Колчака кинули...ой круто....:(

 

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
308 публикаций

Это про 2004-й год.... Тогда его открыли. Был несколько недель назад у этого памятника.

Так скоро начнут и Власову памятники ставить, совсем сбрендили

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
48 публикаций

 

18 ноября 1918 года жители Омска увидели расклеенные по всему городу листовки - "Обращение к населению России", сообщавшее о свержении Всероссийского Временного правительства (Директории) и о том, что Верховным правителем с "диктаторскими полномочиями" стал Александр Колчак. "Приняв крест этой власти в исключительно трудных условиях Гражданской войны и полного расстройства государственной жизни, объявляю: я не пойду ни по пути реакции, ни по гибельному пути партийности. Главной своей целью ставлю создание боеспособной армии, победу над большевизмом, установление законности и правопорядка, дабы народ мог беспрепятственно избрать себе образ правления, который он пожелает, и осуществить великие идеи свободы, ныне провозглашенные по всему свету", - с этой присягой Колчак вошел в политическую историю.

"Непроницаемая стена, застилающая свет и правду"

Во время Гражданской войны в Сибири действовало несколько "белых" правительств. Крупнейшее из них - Омское - длительное время вело переговоры с Самарским Комучем (Комитетом Учредительного собрания). Их цель - объединение. В результате в сентябре 1918 года в Уфе сформировалось Временное Всероссийское правительство - Директория. В связи с наступлением Красной Армии месяц спустя Директория переехала в Омск. Однако в результате переворота 17-18 ноября 1918 года, организованного недовольными "разгулом либерализма" политиками и военными, Директория была свергнута, а Колчак провозглашен Верховным правителем России с неограниченными - диктаторскими - полномочиями. Победившим в перевороте борцам с "мягкотелыми либералами-провокаторами" казалось, что они смогли направить историю в нужное им русло. В этих иллюзиях они пребывали около года - пока их самих не свергли еще более жесткие и убежденные сторонники "диктаторских мер" - большевики.

Колчак возглавил правительство, которое функционировало более года на обширной территории России, захватило половину золотого запаса страны и создало реальную угрозу власти большевиков. Верховному правителю России присягнули другие белые силы (хотя далеко не все они эту присягу выполнили - движение осталось раздробленным). Разогнав остатки Учредительного собрания и проэсеровскую Директорию - Временное Всероссийское правительство, Колчак лишил белое движение "демократических гирь", чем разрушил антибольшевистскую коалицию. В ответ эсеры повернули оружие против него, предпочтя сблизиться с большевиками и меньшевиками. Сделав ставку на военную диктатуру, Колчак и все белое движение обрекли себя на поражение.

Большевиков посчитали меньшим злом. Выбирали "красных", поскольку уже хорошо знали "белых". А потом сопротивляться было уже поздно

Меж двух жесткостей

"Кто жесточе - красные или белые? Вероятно - одинаково. В России очень любят бить - безразлично кого", - так Максим Горький в "Несвоевременных мыслях" поставил диагноз Гражданской войне и ее идеологам с обеих сторон. Вот и сибирское крестьянство оказалось меж двух огней, меж двух жесткостей. Колчак начал мобилизацию крестьян. Многие из них только что сняли шинели солдат Первой мировой войны, они устали воевать и, по большому счету, были вообще равнодушны к любой власти. Здесь не знали крепостного права. Кто был в окружении Колчака? Офицеры, в большинстве своем относившиеся к крестьянам, как к крепостным, - срабатывала вековая ментальная "инерция". Значительная часть населения Сибири возненавидела Колчака сильнее, чем большевиков. Партизанское движение возникло стихийно - как реакция на палочную дисциплину белых, безумные репрессии и реквизиции. "Мальчики думают, что из-за того, что они убили и замучили несколько сотен и тысяч большевиков и замордовали некоторое количество комиссаров, то сделали этим великое дело, нанесли большевизму решительный удар и приблизили восстановление старого порядка вещей… мальчики не понимают, что если они без разбора и удержу насильничают, порют, грабят, мучают и убивают, то этим они насаждают такую ненависть к представляемой ими власти, что московские хамодержцы могут только радоваться наличию столь старательных, ценных и благодетельных для них сотрудников", - горько констатировал военный министр колчаковского правительства барон Алексей Будберг. Большевиков тогда считали меньшим злом. Они выбирали "красных", поскольку уже хорошо знали "белых". А потом сопротивляться было уже поздно.

Красные наступали стремительно и неотвратимо. Их Пятая армия под командованием одного из самых успешных полководцев Гражданской войны 26-летнего Михаила Тухачевского с боями приближалась к Омску. "Поручик-командарм" был не только одним из нескольких тысяч царских офицеров, добровольно перешедших на службу к большевикам, - он был в числе ее создателей, летом 1918 года по личному распоряжению Ленина командированный создавать отряды Первой армии Советов. К моменту омского наступления за его спиной был уже несокрушимый успех. "Русская революция дала своих красных маршалов - Ворошилов, Каменев, Егоров, Блюхер, Буденный, Котовский, Гай, но самым талантливым красным полководцем, не знавшим поражений в гражданской войне... оказался Михаил Николаевич Тухачевский. Тухачевский победил белых под Симбирском, спасши Советы в момент смертельной катастрофы, когда в палатах древнего Кремля лежал тяжелораненый Ленин. На Урале он выиграл "советскую Марну" и, отчаянно форсировав Уральский хребет, разбил белые армии адмирала Колчака и чехов на равнинах Сибири", - такую оценку Тухачевскому дал отнюдь не друг - убежденный антибольшевик, эмигрантский историк белого движения Роман Гуль.

12 ноября 1919 года Верховный правитель и его министры покинули Омск, переместились в Иркутск, ставший - весьма ненадолго - очередной "столицей Белой России". Два дня спустя Пятая армия заняла Омск. Тухачевский, склонный к внешним эффектам, въехал в город на белом коне. Улица, по которой красноармейцы шли по замершему городу, с тех пор и доныне называется "Красный путь". (Командарма, ставшего впоследствии маршалом, как "врага народа" расстреляют в 1937-м.)

В декабре 1919 года так называемая демократическая оппозиция (включающая в себя практически весь спектр политических сил, противостоявших как Колчаку, так и большевикам) создала в Иркутске Политический центр. В его задачу входило свержение колчаковского режима и переговоры с большевиками о прекращении Гражданской войны и создании в Восточной Сибири "буферного" демократического государства. Политцентр подготовил восстание в Иркутске, продолжавшееся с 24 декабря 1919 года по 5 января 1920 года. 19 января между большевистским Сибревкомом и Политцентром было достигнуто соглашение о создании "буферного" государства. Одним из условий соглашения была передача бывшего Верховного правителя вместе со штабом представителям Советской власти. Тогда же Чехословацкий Национальный Комитет Сибири (орган руководства чехословацкими формированиями - бывшими военнопленными австро-венгерской империи, оставшимися здесь с Первой мировой) выпустил меморандум, обращенный ко всем союзным правительствам, в котором заявил, Чехословацкое войско прекращает оказывать ему поддержку. Чехословаки "выходили из игры", намереваясь отправиться домой.

Положение Колчака стало безвыходным: он фактически был заложником. 5 января 1920 года представители Антанты выдали письменную инструкцию командующему союзными войсками генералу Морису Жанену провезти Колчака под охраной чешских войск на Дальний Восток, в то место, куда он сам укажет.

Колчак ехал в вагоне, прицепленном к поезду 8-го Чехословацкого полка. На вагоне были подняты английский, французский, американский, японский и чешский флаги, символизировавшие, что адмирал находится под защитой этих государств. 15 января состав прибыл на станцию Иннокентьевскую. Стояли долго: Жанен общался с руководством Политцентра, которое соглашалось пропустить чехословацкий поезд, полный "экспроприированного" имущества и оружия, и идущие за ним груженые "военными трофеями" эшелоны в обмен на Колчака. Переговоры закончились тем, что в вагон вошел помощник чешского коменданта поезда и объявил, что Верховный правитель "передается иркутским властям". Казалось, Колчак не был даже удивлен, кивнув: "Значит, союзники меня предают". Адмирала доставили в вокзальную комендатуру, где "предложили" сдать оружие. Передача Верховного правителя эсеро-меньшевистскому Политцентру означала арест.

Вот так. Без суда.


Колчака не судили, не существовало и приговора ему: долгое, буксовавшее следствие было оборвано запиской в реввоенсовет 5-й армии: "Не распространяйте никаких вестей о Колчаке, не печатайте ровно ничего, а после занятия нами Иркутска пришлите строго официальную телеграмму с разъяснением, что местные власти до нашего прихода поступили так под влиянием... опасности белогвардейских заговоров в Иркутске. Ленин".Еще 7 января 1920 года Политцентр учредил Чрезвычайную следственную комиссию (ЧСК) для сбора обвинительных данных против арестованных членов колчаковского правительства. А после передачи чехословаками Колчака и его премьер-министра Виктора Пепеляева Политцентру, он поручил ЧСК, в которую входили меньшевики и эсеры, в недельный срок провести судебное расследование. Допросы проводились с чрезвычайной, неожиданной для красных корректностью: следствие вели дипломированные еще в царское время юристы. Но к концу января тон допросов ужесточился. Не зная истинной причины перемены, адмирал связывал ее с переходом председательских функций от меньшевика Попова к большевику Чудновскому. Однако более жесткими допросы стали не только в связи с приходом нового председателя ЧСК: в Иркутске и вокруг него изменилась военно-политическая ситуация. Смена председателя комиссии явилась лишь следствием. К Иркутску подходило несколько красных партизанских отрядов общей численностью 6 тысяч штыков и 800 сабель. Они должны были умножить революционные силы иркутян во главе созданного 19 января Военно-революционного комитета. 21 января коалиционный Политцентр перестал существовать. Пятая армия Тухачевского вошла в город, и 25 января Иркутск стал советским. (Имя Пятой армии с тех пор носит одна из центральных улиц города.)

6 февраля 1920 года - во исполнение телеграммы Ленина - было принято постановление Иркутского Военно-революционного комитета о расстреле Колчака и Пепеляева.

Вот и весь приговор. По сути повторился сценарий расстрела царской семьи в Екатеринбурге в 1918 году: тогда тоже следствие, суд и приговор заменила секретная расстрельная телеграмма Ильича. (См. "РГ" за 17.07.2013). Большевистская "законность" снова торжествовала.

Когда за адмиралом пришли и объявили, что будет расстрелян, он спросил, кажется, вовсе не удивившись: "Вот так? Без суда?" Перед расстрелом молиться отказался, стоял спокойно, скрестив руки на груди. Пытался успокоить потерявшего самообладание своего премьер-министра Виктора Пепеляева. Попросил передать благословение законной жене, Софье Федоровне, и сыну Ростиславу, за два года до того эмигрировавших во Францию. Об Анне Тимиревой, добровольно пошедшей под арест, чтобы до конца не расставаться с ним, - ни слова. За несколько часов до расстрела Колчак написал Анне Васильевне записку, так до нее и не дошедшую. Десятки лет листок кочевал по папкам следственных дел.

"Дорогая голубка моя, я получил твою записку, спасибо за твою ласку и заботы обо мне... Не беспокойся обо мне. Я чувствую себя лучше, мои простуды проходят. Думаю, что перевод в другую камеру невозможен. Я думаю только о тебе и твоей участи... О себе не беспокоюсь - все известно заранее. За каждым моим шагом следят, и мне очень трудно писать... Пиши мне. Твои записки - единственная радость, какую я могу иметь. Я молюсь за тебя и преклоняюсь перед твоим самопожертвованием. Милая, обожаемая моя, не беспокойся за меня и сохрани себя... До свидания, целую твои руки". Свидания не было. Не разрешили.

Тела Колчака и Пепеляева после расстрела погрузили на сани, увезли на реку Ушаковку и сбросили в прорубь. Официальное сообщение о расстреле Колчака срочной телеграммой было передано в Москву.

"Прошу чрезвычайную следственную комиссию мне сообщить, где и в силу какого приговора был расстрелян адмирал Колчак и будет ли мне, как самому ему близкому человеку, выдано его тело для предания земле по обрядам православной церкви. Анна Тимирева". Резолюция на письме: "Ответить, что тело Колчака погребено и никому не будет выдано".


Снова выпустили, - и опять не надолго. "За контрреволюционную деятельность, выразившуюся в проявлении среди своего окружения злобных и враждебных выпадов против Советской власти… арестована бывшая куртизанка - жена Колчака… Тимирева Анна Васильевна... Обвиняется в том, что, будучи враждебно настроенной к Советской власти, в прошлом являлась женой Колчака, находилась весь период активной борьбы Колчака против Советской власти при последнем... до его расстрела... Не разделяя политики Соввласти по отдельным вопросам, проявляла свою враждебность и озлобленность по отношению к существующему строю, т.е. в преступлении, предусмотренном ст. 58, п. 10 УК.". Срок - пять лет. Затем - аресты и ссылки в 1925, 1935, 1938 и 1949 годах. Ее сын от первого брака Володя Тимирев за переписку с отцом, находящимся за границей, расстрелян в 1938-м…Тимиреву после расстрела Колчака освободили - ненадолго. Уже в июне 1920-го ее отправили "сроком на два года без права применения к ней амнистии в Омский концентрационный лагерь принудительных работ".

Колчака уже не было, но советской власти предстояло еще показательно расправиться с "колчаковщиной". С 20 по 30 мая 1920 года, в рабочем пригороде Омска - Атаманском хуторе - проходили заседания Чрезвычайного революционного трибунала "по делу самозванного и мятежного правительства Колчака и его вдохновителя". Трибунал судил "членов колчаковского правительства", среди которых было лишь три министра, остальные - функционеры второго - третьего ряда. Главные фигуры успели уйти на "белую" часть России или эмигрировать. Тем не менее, приговоры были максимально жестокими: четырех подсудимых Ревтрибунал приговорил к смертной казни, шестерых - к пожизненным принудительным работам, троих - к принудительным работам на все время Гражданской войны, семерых - к работам на десять лет, двоих - к условному лишению свободы сроком на пять лет, одного - суд признал невменяемым и поместил в психиатрическую лечебницу. Осужденные обратились с просьбой о помиловании к Ленину. Разумеется, безрезультатно. Большевистское руководство отлично понимало, что приговоренные "мелкие сошки" не представляют серьезной опасности. Приговор был назиданием. Обществу следовало понять - всех примкнувших к оппозиции власть станет карать беспощадно. Как показала дальнейшая практика, назидание было усвоено.

 

Немного истории

Изменено пользователем XBOCTATA9I

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
222 публикации
177 боёв

Так скоро начнут и Власову памятники ставить, совсем сбрендили

 

И идея сия уже витает в воздухе.

Персоны Шкуро и Краснова весьма почитаемы в определенных кругах.

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
97
[DVTOP] shmel009
Коллекционер, Коллекционер-испытатель
836 публикаций
9 736 боёв

Бардак в стране !!!!!памятники истории нашей сносят,а белекам ставят !!!нонсес )))

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
208 публикаций
1 бой

 

Это зачем? Я вам про историю вообще-то.

 

а я нет ()

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
1 106
BUKKINIST
1 949 публикаций

Бардак в стране !!!!!памятники истории нашей сносят,а белекам ставят !!!нонсес )))

Это,простите, в какой стране?

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
6 996
[SHELF] BYBLOS
Участник, Лидер Форума
[SHELF]
11 497 публикаций

То, что Кочака расстреляли без суда вообще бред полный.   Колчак был осужден военным трибуналом и расстрелян по законам военного времени!   Сам Колчак тоже много кого осудил и расстрелял трибуналом.  Но почему-то именно из этого упыря сделали жертву "кровавых" революционеров.  Хотя сам Колчак пролил крови тоже немало!

Ну хоть "Героя России" посмертно не вручили....:B

  • Плюс 1

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
511 публикация
7 488 боёв

Колчака мы знаем как Верховного Правителя России в годы Гражданской войны, человека, неудачно попытавшегося стать тем самым диктатором, который железной рукой приведет Белые армии к победе. В зависимости от политических воззрений одни любят и восхваляют его, другие считают лютым врагом. Но если бы не братоубийственная гражданская война, кем бы остался в нашей памяти Колчак? Тогда мы видели бы в нем героя нескольких войн с врагом «внешним», известного полярного исследователя и, возможно, даже военного философа и теоретика.

 

Александр Васильевич родился в семье потомственных военных. Учебу он начинал в 6-й Петербургской гимназии (где среди его однокашников был, кстати, будущий глава ОГПУ В.Менжинский), однако уже вскоре по собственному желанию поступил в Морское училище (Морской кадетский корпус). Здесь он показал весьма обширные способности к учебе, преуспев, прежде всего, в математике и географии. Был выпущен в чине мичмана в 1894 г., при этом по успеваемости оказался вторым в выпуске, и то лишь потому, что сам отказался от первенства в пользу друга Филиппова, считая его более способным. По иронии судьбы во время экзаменов единственную «четверку» Колчак получил по минному делу, в котором он отличится в годы русско-японской и Первой мировой войн.

 

После окончания учебы Александр Васильевич служил на различных кораблях на Тихоокеанском и Балтийском флотах, был произведен в чин лейтенанта. Однако молодой и энергичный офицер стремился к большему. Конец XIX века ознаменовался повышенным интересом к географическим открытиям, которые должны были явить цивилизованному миру последние неисследованные уголки нашей планеты. И здесь особое внимание публики оказалось приковано к полярным исследованиям. Неудивительно, что пылкий и талантливый А.В. Колчак также захотел исследовать арктические просторы. По разным причинам первые две попытки обернулись неудачей, однако на третий раз ему повезло: он попал в состав полярной экспедиции барона Э.Толя, который заинтересовался молодым лейтенантом, ознакомившись с его статьями в «Морском сборнике». Помогло и особое ходатайство президента Императорской Академии наук вл. кн. Константина Константиновича. В ходе экспедиции (1900-1902 гг.) Колчак руководил гидравлическими работами, собрав ряд ценнейших сведений о прибрежных районах Северного Ледовитого океана. В 1902 г. барон Толь вместе с небольшой группой решил отделиться от основной экспедиции и самостоятельно найти легендарную Землю Санникова, а также исследовать остров Беннетта. В ходе этого рискованного похода группа Толя пропала. В 1903 г. Колчак возглавил спасательную экспедицию, которой удалось установить фактическую гибель товарищей (сами трупы не были найдены), а кроме того исследовать острова Новосибирской группы. По итогам Колчак был награжден высшей наградой Русского географического общества - золотой Константиновской медалью.

 

Завершение экспедиции совпало с началом русско-японской войны. Колчак, будучи, прежде всего, морским офицером, проникнутым долгом перед Отечеством, подал ходатайство об отправке на фронт. Однако по прибытии на театр военных действий в Порт-Артур его ждало разочарование: адмирал С.О. Макаров отказался давать ему в командование миноносец. Доподлинно не известно, чем это решение было мотивировано: то ли он хотел, чтобы лейтенант отдохнул после полярных экспедиций, то ли полагал преждевременным назначать его на боевую должность (тем более в военных условиях!) после четырехлетнего отсутствия на флоте, то ли хотел поубавить темперамент ретивого лейтенанта. В итоге Колчак стал вахтенным начальником на крейсере «Аскольд», и только после трагической гибели адмирала смог перевестись на минный заградитель «Амур», а через четыре дня получил эскадренный миноносец «Сердитый». Так Колчак стал одним из участников легендарной обороны крепости Порт-Артур, ставшей славной страницей в истории России.

 

Основная задача заключалась в протраливании внешнего рейда. В начале мая Колчак принял участие в постановке минных заграждений в непосредственной близости от японского флота: в результате подорвались два японских броненосца. На расставленных им минах в конце ноября подорвался японский крейсер, что стало громким успехом русского флота на Тихом Океане в годы войны. В целом, молодой лейтенант зарекомендовал себя в качестве отважного и инициативного командира, выгодно отличаясь от многих сослуживцев. Правда, уже тогда проявилась и его излишняя импульсивность: во время кратковременных вспышек гнева не чурался он и рукоприкладства.

 

В середине октября по состоянию здоровья Колчак был переведен на сухопутный фронт и принял командование 75-мм артиллерийской батареей. Вплоть до самой сдачи крепости он находился непосредственно на передовой, ведя артиллерийскую дуэль с врагом. За заслуги и проявленную храбрость Колчак по итогам кампании был награжден Георгиевским оружием.

 

После возвращения из непродолжительного плена Александр Васильевич с головой окунулся в военную и научную деятельность. Так, он стал членом неформального кружка молодых морских офицеров, которые стремились исправить недостатки русского флота, выявленные в годы русско-японской войны, и способствовать его обновлению. В 1906 г. на основе этого кружка был образован Морской генеральный штаб, в котором Колчак занял должность начальника оперативной части. В это время по долгу службы он часто выступал в качестве военного эксперта в Государственной думе, убеждая депутатов (остававшихся по большей части глухими к нуждам флота) в необходимости выделить требуемое финансирование.

 

Одновременно Александр Васильев занимался наукой. Сначала он обрабатывал материалы полярных экспедиций, затем составлял специальные гидрографические карты, а в 1909 г. вышла фундаментальная работа «Лед Карского и Сибирского морей», которая заложила основы изучения морского льда. Любопытно то, что она была переиздана в 1928 г. Американским географическим обществом в сборнике, в который вошли труды 30 наиболее видных мировых полярников.

В мае 1908 г. Колчак покинул Морской генштаб с тем, чтобы стать участником очередной полярной экспедиции, однако в конце 1909 г. (когда корабли уже находились во Владивостоке) он был отозван обратно в столицу в военно-морское ведомство на прежнюю должность.

 

Здесь Александр Васильевич занимался разработкой программ судостроения, написал ряд общетеоретических работ, в которых, в частности, высказывался за развитие всех видов кораблей, однако предлагал в первую очередь уделять внимание линейному флоту. Писал он и о необходимости усилить Балтийский флот ввиду опасения серьезного конфликта с Германией. А в 1912 г. для внутреннего пользования вышла книга «Служба Генерального штаба», в которой анализировался соответствующий опыт других стран.

 

Тогда же окончательно складываются взгляды А.В. Колчака на философию войны. Они были сформированы под влиянием идей немецкого фельдмаршала Мольтке-старшего, а также японских, китайских и буддистских философских учений. Судя по имеющимся свидетельствам, для него весь мир представлялся сквозь призму метафоры войны, под которой он понимал в первую очередь естественное («природное») для человеческого общества явление, печальную необходимость, которую необходимо принимать с честью и достоинством: «Война есть одно из неизменных проявлений общественной жизни в широком смысле этого понятия. Подчиняясь, как таковая, законам и нормам, которые управляют сознанием, жизнью и развитием общества, война является одной из наиболее частых форм человеческой деятельности, в которой агенты разрушения и уничтожения переплетаются и сливаются с агентами творчества и развития, с прогрессом, культурой и цивилизацией».

 

В 1912 г. он был переведен командиром на эскадренный миноносец «Уссуриец», а в мае 1913 г. назначен командовать миноносцем «Пограничник». В декабре состоялось его производство в капитаны 1-го ранга, а также перевод в штаб Балтийского флота на должность начальника оперативного управления. Командующим тогда был выдающийся русский адмирал Н.О. Эссен, который благоволил ему. Уже летом 1914 г. незадолго до начала войны Колчак становится флаг-капитаном по оперативной части.  На этой должности он и встретил Первую мировую войну.

 

Именно Колчак становится идейным вдохновителем и активнейшим участником разработки практически всех планов и операций Балтийского флота в это время. Как вспоминал адмирал Тимирев: «А.В.Колчак, обладавший изумительной способностью составлять самые неожиданные и всегда остроумные, а подчас и гениальные планы операций, - не признавал никакого начальника, кроме Эссена, которому он всегда непосредственно докладывал». Старший лейтенант Г.К.Граф, служивший на крейсере «Новик», когда Колчак командовал Минной дивизией, оставил следующее описание своего командира: «Небольшого роста, худощавый, стройный, с движениями гибкими и точными. Лицо с острым, четким, тонко вырезанным профилем; гордый, с горбинкой, нос; твердый овал бритого подбородка; тонкие губы; глаза то вспыхивающие, то потухающие под тяжелыми веками. Весь его облик - олицетворение силы, ума, благородства и решимости. Ничего фальшивого, придуманного, неискреннего; все естественно и просто. В нем есть что-то, приковывающее взоры и сердца; он с первого же взгляда располагает к себе и внушает обаяние и веру».

 

Учитывая превосходство германского флота над нашим Балтийским, не удивительно, что и Колчак, и Эссен ориентировались на ведение минной войны. Если первые месяцы Балтийский флот находился в пассивной обороне, то с осени все чаще высказывались идеи о необходимости перейти к более решительным действиям, в частности, к постановке минных заграждений непосредственно у германских берегов. Александр Васильевич стал одним из тех офицеров, которые активно отстаивали эти воззрения, а в дальнейшем именно он разрабатывал соответствующие операции. В октябре первые мины появились близ военно-морской базы Мемель, а в ноябре – у о. Борнхольм. А в конце 1914 г., накануне Нового года (по старому стилю) была предпринята дерзкая операция по постановке мин в Данцигской бухте. Хотя А.В.Колчак был ее инициатором и идейным вдохновителем, непосредственное командование было поручено контр-адмиралу В.А.Канину. Отметим, что в этих событиях Александр Васильевич сыграл ключевую роль: не доходя 50 миль до места назначения, Канин получил тревожный доклад о том, что противник находится в непосредственной близости, а потому решил прекратить выполнение операции. Согласно свидетельствам очевидцев, именно Колчак настоял на необходимости довести дело до конца. В феврале Александр Васильевич командовал полудивизионом особого назначения (4 миноносца), который расставил мины в Данцигской бухте, на которых подорвалось 4 крейсера, 8 миноносцев и 23 транспорта.

 

Отметим и то искусство, с каким минные заграждения были расставлены непосредственно у наших берегов: они позволили надежно защитить столицу, а также побережье Финского залива от нападения противника. Более того, в августе 1915 г. именно минные заграждения помешали германскому флоту прорваться в Рижскую бухту, что стало одной из причин срыва германских планов захвата Риги.

 

 

К середине 1915 г. Александр Васильевич начал тяготиться штабной работой, он стремился непосредственно в бой, а в частности, выказывал желание стать командиром Минной дивизии, что и произошло в сентябре 1915 г. ввиду болезни ее командира адмирала Трухачева.

В то время русские сухопутные войска Северного фронта вели активные боевые действия в Прибалтике, а потому основной целью Колчака было содействовать правому флангу нашего фронта в районе Рижского залива. Так, 12 сентября линейный корабль «Слава» был направлен к мысу Рагоцем с целью обстрела неприятельской позиции. В ходе завязавшегося артиллерийского боя был убит командир корабля, на который сразу же прибыл А.В. Колчак и вступил в командование. Как вспоминал офицер «Славы» К.И.Мазуренко: «Под его руководством «Слава», подойдя снова близко к берегу, но не становясь на якорь, открывает огонь по стреляющим батареям, которые теперь достаточно ясно видны с марса, быстро пристреливается к ним, забрасывает градом снарядов и уничтожает. Мы отомстили врагу за гибель нашего доблестного командира и других воинов. Во время этой операции мы подверглись безрезультативной атаке аэропланов».

В дальнейшем Минная дивизия предприняла ряд других мероприятий по оказанию помощи сухопутным частям с моря. Так, 23 сентября были обстреляны неприятельские позиции у м. Шмарден, а 9 октября А.В. Колчак предпринял смелую операцию по высадке десанта (две морские роты, эскадрон кавалерии и подрывная партия) на побережье Рижского залива с целью содействовать армиям Северного фронта. Десант был высажен у селения Домеснес, при этом противник даже не заметил активность русских. Этот район патрулировался небольшими отрядами ландштурма, которые оказались быстро сметены, потеряв 1 офицера и 42 солдата убитыми, 7 человек попало в плен. Потери десанта составили всего четыре тяжелораненных матроса. Как потом вспоминал старший лейтенант Г.К.Граф: «Теперь же, что ни говори, а налицо блестящая победа. Значение ее, правда, только моральное, но все же это победа и неприятность противнику».

Активная поддержка сухопутных частей оказала свое влияние на положение 12-й армии Радко-Дмитриева под Ригой, более того благодаря Колчаку была усилена оборона Рижского залива. За все эти подвиги он был награжден орденом Св. Георгия 4-й ст. Служивший под начальством Колчака офицер Н. Г. Фомин вспоминал об этом следующим образом: «Вечером флот оставался на якоре, когда из Ставки Верховного Главнокомандования была мною принята телефонограмма приблизительно такого содержания: «Передается по повелению Государя Императора: капитану 1 ранга Колчаку. Мне приятно было узнать из донесений командарма XII о блестящей поддержке, оказанной армии кораблями под вашим командованием, приведших к победе наших войск и захвату важных позиций неприятеля. Я давно был осведомлен о доблестной вашей службе и многих подвигах... награждаю вас Св. Георгием 4-ой степени. Николай. Представьте достойных к награде».

Конечно, были и отдельные неудачи. Например, в конце декабря сорвалась операция по постановке мин у Мемеля и Либавы, т.к. один из миноносцев сам подорвался на мине. Однако в целом, мы должны высоко оценить деятельность Колчака как командира Минной дивизии.

Зимой 1916 г., когда Балтийский флот скованный льдами стоял в портах, происходило активное перевооружение многих кораблей. Так, к открытию навигации ввиду установки новых более мощных артиллерийских орудий крейсера Минной дивизии оказались вдвое сильнее.

С открытием навигации возобновилась и активная деятельность Балтийского флота. В частности, в конце мая Минная дивизия совершила «молниеносный налет» на германские торговые суда у берегов Швеции. Операцией руководил Трухачев, а Колчак командовал тремя эскадренными миноносцами. В результате вражеские пароходы были рассеяны, одно из конвоирующих судов потоплено. В дальнейшем историки предъявляли претензии Колчаку, что он не воспользовался внезапностью, дав предупредительный выстрел и тем самым позволив противнику уйти. Однако как потом признавался сам Александр Васильевич: «Я, имея в виду возможность встречи со шведскими судами… решил пожертвовать выгодой внезапности нападения и вызвать со стороны идущих судов какой-нибудь поступок, который дал бы мне право считать эти суда неприятельскими».

В июне 1916 г. А.В. Колчак был произведен в вице-адмиралы и назначен командующим Черноморским флотом. Как вспоминал Г.К.Граф: «Конечно, расставаться с ним было очень тяжело, так как вся дивизия его очень любила, преклоняясь перед его колоссальной энергией, умом и храбростью». На встрече с Верховным главнокомандующим Николаем II и его начальником штаба генералом М.В. Алексеевым были получены указания: весною 1917 г. должна быть произведена десантная операция по захвату Босфорского пролива и турецкой столицы Стамбула.

Принятие Колчаком командования Черноморским флотом совпало с получением известия о том, что мощнейший немецкий крейсер «Бреслау» вышел в Черное море. Колчак лично возглавил операцию по его поимке, однако, к сожалению, она окончилась неудачно. Можно, конечно, говорить, об ошибках самого Александра Васильевича, можно указывать и на то, что он еще не успел освоиться с врученными ему кораблями, однако важно подчеркнуть одно: личную готовность идти в бой и стремление к самым активным действиям.

 

Основную задачу Колчак видел в необходимости прекратить вражескую активность на Черном море. Для этого уже в конце июля 1916 г. он предпринял операцию по минированию Босфорского пролива, тем самым лишив противника возможности активно действовать на Черном море. Причем для поддержания минных заграждений в непосредственной близости постоянно дежурил специальный отряд. Одновременно Черноморский флот занимался конвоированием наших транспортных судов: за все время противнику удалось потопить лишь одно судно.

Конец 1916 г. прошел в планировании дерзкой операции по захвату Стамбула и проливов. К сожалению, Февральская революция и начавшаяся после нее вакханалия сорвали эти планы.

 

 

Изменено пользователем sema7771
  • Плюс 1

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
892
[DANON] udachi_Billi_Bonsu
1 733 публикации

на гражданской войне не бывает " белых и пушистых " я никогда не посчитаю Колчака героем ибо с такой же легкостью его можно считать и предателем 

никто из ныне живущих ему не судья

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
332
[SCARF] Chevy_RocknRolla
1 400 публикаций
4 437 боёв

За то, что Колчак вернулся в Россию на штыках интервентов, за то, что он позволил иноземцам топтать нашу землю, будь он проклят во веки веков!  

Кстати, вопреки той лжи, которую сейчас снимают в фильмах и показывают по ТВ, одной из главных причин поражения Белого Движения в России было то, что белогвардейцы призвали на нашу землю иноземных захватчиков. Народ это прекрасно видел и возненавидел белых генералов!

Сейчас ваши слова не в моде. Про Колчака судят по Хабенскому в "Адмирале ". Враг он и место ему вместе с Власовым. 

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
222 публикации
177 боёв

беда в том, что на гребень волны почитания возносят трендовые личности, народ требует эдакого решительного чистоплюя с твердой рукой. забыли расстрелы и лагеря, забыли, да и не знали историю. Колчак просто вписывается в образ народного героя, вот его и хотят, как Екатерину вторую, им пофигу что немка, растратчица, гулёна и прочее, но зато присоединительница земель, пусть и это путем кровавой резни.

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах

  • Сейчас на странице   0 пользователей

    Эту страницу никто не просматривает.

×