Перейти к содержимому
Для публикации в этом разделе необходимо провести 50 боёв.
Shellback

Дневник путешественника. Штурм Южного полюса - часть 1.

В этой теме 8 комментариев

Рекомендуемые комментарии

Старший альфа-тестер
1 167 публикаций

Здравствуйте, уважаемые форумчане! Я думаю, что любой человек хоть раз в жизни мечтал бросить всю эту рутину и пойти на поиски приключений, почувствовать свободу, вдохнуть свежий морской воздух, или же просто ехать по дороге, которая неважно куда ведет. Однако нам постоянно что-то мешает, и найдется тысяча причин не делать всего этого.

Что ж, по крайней мере, мы может узнать, что испытывали великие первооткрыватели и путешественники, когда стояли рядом с великим, таинственным и неизвестным. На этот раз я решил представить на ваш суд отрывки из дневников великих первооткрывателей. Чтобы вам было интереснее, я представлю вам самые яркие, важные, или даже забавные моменты из их путешествий.

Итак, я представляю вам отрывки дневника нашего первого путешественника - Руаля Амундсена. Наверное каждый знает фамилию этого бравого норвежца. Но если сказать вкратце, то именно этот человек первым достиг Южного полюса.

 

 

Изображение

 

Изображение

Это, должно быть, одна из самых известных фотографий Амундсена

 

Покорение Южного полюса состоялось во многом благодаря парусно-моторной шхуне «Фрам», которая еще и до экспедиции имело много заслуг и регалий (в прочем, как и сам Амудсен), так как участвовало сразу в двух экспедициях - Норвежской полярной (1893—1896) под началом Фритьофа Нансена и Норвежской арктической (1898—1902) под руководством Отто Свердрупа.

 

Изображение

 

 

Изображение

модель "Фрама"

 

Вот основные характеристики «Фрама»:

 

Водоизмещение – 800-1100 тонн

 

Длина – 39 м

 

Ширина – 11 м

 

Осадка – 4, 8 м

 

Двигатели: дизельный

 

Мощность – 180 л.с

 

Скорость хода – 6 узлов

 

Стоит отметить еще один важный факт. Экспедиция проходила в острой конкурентной борьбе с английской экспедицией Скотта (который погиб во время своей экспедиции, о чем Амундсен очень сожалел). Однако Амундсен прикрывал свои интересы научными возможностями экспедиции, ведь можно было получить важные научные результаты.

 

Что ж, давайте перейдем непосредственно к дневнику. Дабы сэкономить ваше время я немного его укротил и разделил на две части, первую вы увидите в этой теме, а вторую соответственно в следующей. Итак, в добрый путь!

 

Отплытие

 

9 августа 1910 года якорь был поднят, и началось наше плавание к цели, до которой было 16 тысяч миль. Тихо, без всякой шумихи шли мы в сумерках по фьорду. Нас провожало несколько наших друзей. С самых первых дней нашего путешествия был полный штиль. Северное море было гладким, как зеркало.

На «Фраме» было около 100 собак, поэтому на палубе не оставалось свободного места, даже мостик, и тот был занят. Понятно, собакам не очень-то нравилось все время сидеть на привязи; для этого у них слишком живой нрав. Мы бы рады были пустить их побегать, чтобы они могли размяться, но пока не решались дать им такую волю. Они были еще недостаточно воспитаны. Добиться их привязанности несложно, гораздо труднее научить их хорошему поведению.

Изображение

Прошли первые четыре-пять дней, мы уже приблизились к проливу у Дувра, и родилась надежда, что нам удастся на этот раз без особых затруднений проскочить сквозь игольное ушко. Пять дней держался штиль, почему бы ему не продержаться целую неделю? Увы. Как только мы миновали самый западный плавучий маяк Гудвин-Сенда, кончилась хорошая погода, ее сменил юго-западный ветер с дождем, туманом и прочей пакостью. За каких-нибудь полчаса туман настолько сгустился, что видимость стала всего несколько десятков метров. Ничего не видно – зато отлично слышно… Непрерывное завывание множества пароходных гудков и сирен яснее ясного говорило о том, сколько судов нас окружает. Положение не из приятных: при всех достоинствах нашего великолепного судна оно было весьма неповоротливым и медлительным. Мы не могли рисковать, а потому, как это нам ни претило, вошли на Даунский рейд и отдали якорь. Перед нами лежал город Дил - весьма популярный курорт. Уже на следующее утро нам надоело ждать и мы снова отправились в путь. А зюйд-вест, знай себе, продолжал дуть с той же силой. Оставалось лишь прибегнуть к старому средству – лавированию. Миновали один мыс, затем еще один, и на том все кончилось. Сколько мы ни брали пеленг, никакого продвижении вперед не могли отметить. У Дангенесса пришлось снова отдать якорь и запастись терпение. На этот раз мы простояли на месте всего одну ночь. Ветер удосужился так изменить направление, что на рассвете можно было идти дальше. Тем не менее он оставался встречным, и нам пришлось чуть не весь Ла-Манш лавировать. Целая неделя ушла у нас на эти 300 миль. Наконец мы миновали острова Силли, и теперь мы находились в открытом море, и вся Атлантика впереди.

Изображение

 

Бискайский залив вполне заслуженно пользуется у моряков дурной славой. В этом беспокойном районе океана погибло немало добрых судов со всем экипажем. Тем не менее мы рассчитывали в это время года благополучно проскочить, и наши надежды оправдались. Заодно случилось то, на что мы даже не надеялись. долгожданная перемена после бесконечного лавирования в Ла-Манше, когда мы шли бейдевинд. Северный ветер проявил почти такое же упорство, как прежде юго-западный, и день за днем мы вполне приличным, на нашу скромную мерку, ходом продвигались на юг, к широтам, где нас ждала устойчивая погода и где, как правило, быть моряком одно удовольствие.

Мы бросили якорь на Фуншальском рейде. Поскольку Фуншал, что на острове Мадейра, был нашим последним контактом с внешним миром, были приняты меры, чтобы всесторонне пополнить наши запасы; особенно важно было запасти возможно больше пресной воды. Расход будет огромный, надо сделать все, чтобы не остаться без воды. И уж мы постарались заполнить драгоценной влагой все наличные сосуды и вместилища. Даже в большую шлюпку, помещавшуюся как раз над большим люком, налили около 5 тысяч литров. Во время нашей стоянки в Фуншале в меню собак было внесено весьма приятное для них разнообразие: они дважды получили по доброй порции свежего мяса. Не успеешь оглянуться – и целой лошадиной туши как не бывало, и так оба раза. Сами мы, естественно, воздавали должное имевшимся здесь в изобилии фруктам и овощам; это была наша последняя возможность, и мы стремились использовать ее до конца. Стоянка в Фуншале продлилась больше, чем мы предполагали. И вот к вечеру 9 сентября начались приготовления к отплытию.

 

Изображение

 

Изображение

вид на побережье острова Мадейра

 

 

Собачье происшествие

 

Изображение

собаки на палубе "Фрама"

 

Первые две недели после выхода из Мадейры держался настолько свежий северо-восточный пассат, что можно было с одними парусами развивать и даже превышать расчетную среднюю скорость. Поэтому машина могла отдохнуть, а механики – заняться наладкой. В эти сентябрьские дни мы продвигались на юг довольно быстро. К середине месяца мы уже далеко зашли в тропический пояс. Особой жары мы не чувствовали; вообще, на ходу в открытом море жара не очень дает себя знать. В штиль на парусном судне, когда солнце в зените, основательно припекает, но ведь у нас работала машина, так что воздух не застаивался.

Вот уже полтора месяца наши собаки сидели на привязи на том самом месте, которое им отвели сразу по прибытии на судно. За это время большинство из них стали такими ручными и послушными, что вроде бы пришла пора отпустить их. Это будет для них желанным развлечением, но главное, они разомнутся наконец. Да мы и сами предвкушали для себя немалое удовольствие – вот будет суматоха, когда спустят всю свору! Но прежде чем дать собакам свободу, надо было их, как говорится, обезоружить, а то ведь затеют потасовку, без жертв не обойдется; этого мы не могли допустить. Крепкие намордники обезвредили грозные клыки. После этого мы отпустили собак и стали ждать, что теперь будет. Поначалу ничего не произошло, можно было подумать, что собаки и не помышляют о том, чтобы покинуть то место, где они так долго просидели. Наконец одной из них пришла в голову светлая мысль прогуляться по палубе. Неосмотрительное решение: ходить здесь было совсем не безопасно. Непривычное зрелище прогуливающейся собаки сразу подхлестнуло других, и около дюжины псов бросилось на неосторожную. То-то будет наслаждение вонзить клыки в грешницу… Не тут-то было. Проклятый ремень, стягивающий челюсти, не давал как следует укусить, в лучшем случае можно было вырвать несколько жалких клочков шерсти. Первая стычка послужила сигналом к поголовной потасовке. Часа два на палубе творилось что-то несусветное. Шерсть так и летела, но шкуры не пострадали. В этот день намордники спасли не одну жизнь.

 

Продолжение уже в следующем сообщении.

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Старший альфа-тестер
1 167 публикаций

Пересечение экватора

 

Мы надеялись пересечь экватор до 1 октября, но неблагоприятные ветры задержали нас. Правда, не надолго. Под вечер 4 октября «Фрам» прошел экватор. Осталась позади важная веха на нашем пути. От одной мысли, что мы перешли в южные широты, у всех поднялось настроение. Мы довольствовались праздничным обедом с кофе, ликером и сигарами. Кофе был подан на фордеке, где мы, потеснив собак, очистили несколько квадратных метров площади. Программа развлечений была обширная. Струнный оркестр в составе скрипки и мандолин, на которых играли лейтенант Престрюд, Сюндбек и Бек, исполнил, как умел, несколько номеров; впервые прозвучал голос нашего великолепного граммофона. Когда раздались звуки вальса, на трапе появилась дюжая балерина в маске и короткой юбочке. Неожиданное появление столь прекрасной гостьи было встречено бурными аплодисментами. Они повторились, когда красотка представила на суд публики образцы своего искусства. За маской угадывались черты лица лейтенанта Ертсена, однако и костюм, и танец были в высшей мере женственны. Ренне не успокоился, пока не посадил «даму» к себе на колени. Да здравствуют иллюзии!

 

От Мыса Доброй надежды

 

Изображение

дизель "Фрама"

 

То что было потеряно в октябре, мы с лихвой наверстали теперь. Мы рассчитывали подойти к мысу Доброй Надежды через два месяца после ухода с Мадейры, так и вышло. Проходя меридиан мыса Доброй Надежды, мы впервые попали в настоящую бурю. Поднялась высоченная волна, и тут мы узнали по-настоящему, на что способно наше замечательное суденышко. Любой из этих могучих валов мог бы мгновенно опустошить всю нашу палубу, но «Фрам» этого не допускал. Всякий раз, когда волна настигала судно, и казалось она сейчас обрушится на низкую корму, «Фрам» элегантно взмывал вверх, а гребень вала смиренно нырял под него. Даже альбатрос не мог бы лучше перевалить через волну. Известно, что «Фрам» рассчитан на льды, это верно, но верно и то, что, когда Колин Арчер создал свой знаменитый шедевр, его полярное судно стало одновременно и образцом судна с редкостными мореходными качествами. Увертываясь от волн, «Фрам» поневоле кренился; мы это испытали на себе. Все время, пока мы шли в поясе западных ветров, не прекращалась качка, но со временем мы свыклись и с этим неудобством. Неприятно, но еще неприятнее было ходить по залитой водой палубе. Пожалуй, хуже всего доставалось тем, кто работал в камбузе. Несладко быть коком, когда неделю за неделей нельзя поставить на стол кофейной чашки без того, чтобы она тотчас же не исполнила бы сальто-мортале. Нужны терпение и воля, чтобы не пасть духом, но Линдстрем и Ульсен, которые готовили нам пищу в этих тяжелых условиях, умели все воспринимать с юмором. Молодцы.

Изображение

кают-кампания "Фрама"

 

Под вечер 28 ноября мы увидели землю. Попросту говоря, голую скалу, судя по координатам, – остров Блей-Кэп, лежащий в нескольких милях от Кергелена. Но была плохая видимость, и, не зная этих вод, мы предпочли на ночь лечь в дрейф.

Рано утром прояснилось, можно было уверенно ориентироваться, и мы взяли курс на Роял-Саунд, где надеялись найти китобойную базу. Свежий утренний ветерок придал нам неплохую скорость, однако в ту самую минуту, когда нам осталось обогнуть последний мыс, ветер снова усилился. Пустынный, негостеприимный берег скрылся в дожде и тумане, перед нами стоял выбор: либо снова ждать невесть сколько, либо продолжать путь. Мы без особого колебания выбрали последнее. Конечно, заманчиво встретиться с другими людьми, тем более с соотечественниками, но еще заманчивее было как можно быстрее одолеть остававшиеся до Ледяного барьера 4 тысячи миль.

 

Изображение

камбуз "Фрама"

Изображение

склад лыж в трюме (современное фото)

 

 

Рождество

 

К рождеству мы вдоль 56° южной широты почти достигли 150-го меридиана. Оставалось немногим больше 900 миль до тех мест, где можно было ожидать встречи с паковым льдом.

А в сочельник утром погода была такая тихая и ясная, какой мы давно не видели. Судно шло ровно, никакой качки. Ничто не мешало нам в меру наших возможностей готовиться к встрече праздника. В 5 часов машину остановили, и все собрались в носовой кают-компании; на палубе остался только один рулевой. В мягком свете разноцветных ламп этот наш уютный уголок выглядел совсем сказочным, и мы сразу прониклись рождественским настроением. Декоратор потрудился на славу, большая заслуга принадлежит и тем, от кого мы получили большинство украшений.

Наконец мы расселись вокруг стола, который ломился под тяжестью шедевров кулинарного искусства Линдстрема. Улучив минуту, я зашел в каюту и запустил граммофон. Зазвучал рождественский гимн…

Затем началась раздача подарков. У нас было множество красивых и забавных вещиц. Мы от души благодарны тем, кто о нас позаботился; это и их заслуга, что рождество осталось в нашей памяти как один из самых светлых моментов долгого плавания.

В 10 часов вечера елочные свечи догорели, празднику пришел конец. Он был удачным от начала до конца, осталось что вспоминать, когда снова потянулись будни.

 

Ледяной барьер

 

Первого января в 3 часа утра вахтенный начальник разбудил меня известием, что показался первый айсберг. Он предложил мне подняться на палубу и посмотреть на него. И правда, вдали с наветренной стороны, сияя, будто дворец, в лучах утреннего солнца, плыл айсберг: большой, сверху плоский, типичной антарктической формы.

Изображение

 

Может быть, это покажется противоречием, но все мы обрадовались этой первой встрече со льдом. Обычно айсберг отнюдь не радость для моряка, но мы пока не задумывались о риске. Нас встреча с колоссом занимала совсем в другом смысле, ведь она означала, что до пака уже недалеко. Нам всем не терпелось войти в паковый лед. Он обещал внести желанное разнообразие в нашу монотонную жизнь, которая нам уже слегка наскучила. Как чудесно будет хотя бы несколько шагов пробежаться по льду. Не меньше того радовала нас перспектива основательно накормить собак тюленьим мясом; да и мы сами не прочь были его отведать.

В 8 часов вечера 2 января мы пересекли Южный полярный круг. Часа через два впередсмотрящий доложил из бочки, что видит льды впереди. Они ничем нам не грозили: льдины образовали длинные цепочки, разделенные широкими разводьями. Мы пошли прямо туда. Наши координаты были 176° восточной долготы и 66°30' южной широты. Лед сразу сгладил зыбь, палуба снова стала устойчивой опорой, и если два месяца подряд мы ходили по-матросски, то теперь снова можно было передвигаться нормально. Мы восприняли это как праздник.

На другое утро, часов около 9, нам впервые представился случай поохотиться. На льдине прямо по курсу был замечен крупный тюлень Уэдделла. Он совершенно спокойно отнесся к нашему приближению и даже не пожелал сдвинуться с места, пока две-три пули не убедили его, что с нами шутки плохи. Тогда он попытался добраться до воды, но было поздно. Два члена нашей команды уже высадились на льдину и не дали уйти драгоценной добыче. Через четверть часа туша лежала на палубе, разделанная опытными руками. Так мы одним махом добыли не меньше 300 килограммов корма для собак, да и люди не были обижены. До вечера мы еще три раза удачно поохотились; таким образом, у нас оказалось больше тонны свежего мяса и сала.

В первые сутки окружающие нас льды были настолько неплотными, что мы по сути дела все время шли прежним курсом и ходом. В последующие два дня обстановка осложнилась, пошел лед поплотнее, кое-где мы вынуждены были менять курс. Однако серьезных препятствий не было, всегда находилось достаточно разводий. Шестого января положение изменилось, полосы льда стали уже, разводья – шире. В 6 часов вечера кругом, насколько хватал глаз, простиралась чистая вода. Мы находились на 70° южной широты и 180° восточной долготы.

Четыре дня, что мы шли через паковые льды, были приятной прогулкой. Подозреваю, что не один из членов экипажа вспоминал тихие воды между льдинами, когда волны свободного ото льда моря Росса снова дали «Фраму» повод продемонстрировать свою валкость.

Но и завершающая часть пути прошла вполне благополучно. Сравнительно плохо изученный район не таил в себе ничего страшного. Стояла на удивление хорошая погода, словно мы вышли на летнюю прогулку в Северное море. Айсбергов почти не было. За четыре дня, что мы шли через море Росса, нам встретилось всего несколько штук, да и то совсем небольшие.

Одиннадцатого января около полудня яркий отблеск на южной части неба возвестил, что мы уже недалеко от цели, к которой стремились пять месяцев. В половине третьего показался великий Ледяной барьер. Он медленно поднимался из моря и наконец, когда мы подошли близко, предстал перед нами во всем своем величии. Трудно передать на бумаге, какое впечатление производит эта могучая ледяная стена на человека, впервые оказавшегося с ней лицом к лицу. Это вообще невозможно описать; во всяком случае сразу понимаешь, почему этот 30-метровый барьер не один десяток лет считался неодолимой преградой для продвижения на юг. Мы знали, что гипотеза о неприступности Ледяного барьера давно опровергнута.

Изображение

Ледяной барьер, или Ледник Росса

 

Существуют ворота, ведущие в простершееся за ним неведомое царство. Ворота эти – Китовая бухта, – судя по имеющимся на «Фраме» описаниям, находились милях в ста к востоку от нас. Мы изменили курс и сутки шли вдоль барьера прямо на восток, получив возможность вдоволь налюбоваться этим исполинским сооружением природы. Не без волнения ждали мы встречи с долгожданной гаванью. Какая там обстановка? Не окажется ли высадка слишком сложным делом? Мы проходили мыс за мысом, но, сколько ни смотрели, видели только все ту же отвесную стену. Наконец под вечер 12 января стена расступилась.

Изображение

Китовая бухта

 

Так и должно быть, ведь мы находились на 164° западной долготы, как раз там, где обнаружили проход наши предшественники.

Итак, 14 января, на день раньше намеченного срока, мы дошли до великого таинственного явления природы – Ледяного барьера. Была решена одна из труднейших задач нашей экспедиции – все собаки доставлены на место работы здоровыми и невредимыми. В Кристиании мы приняли на борт 97 собак. Теперь число их возросло до 116, и почти все они могли быть использованы для завершающего перехода на юг.

Следующей большой задачей было найти подходящее место на Ледяном барьере для нашей базы.

Изображение

 

Изображение

 

 

Дорогие форумчане, продолжение будет только в следующей теме.
Изменено пользователем Shellback

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Альфа-тестер
664 публикации
195 боёв

Очень понравилось, захватывающая история! С нетерпением буду ждать продолжения!

А можно ссылочку на источник? Просто интересно полистать его)

P.S. Плюсомётище пока что на перезарядке...

P.P.S. Возвращаю долг от "интересностей" плюсиками!)

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Старший альфа-тестер
1 167 публикаций

Просмотр сообщенияtankowik (20 Мар 2013 - 12:56) писал:

Очень понравилось, захватывающая история! С нетерпением буду ждать продолжения!
А можно ссылочку на источник? Просто интересно полистать его)
P.S. Плюсомётище пока что на перезарядке...
Спасибо большое! Это взято из книги Амундсена "Южный полюс". Я немного ошибся, назвав это дневником. Дневник Амудсена выглядел не так лирически что ли. Как он сам приводит пример из своего дневника, то записи в нем были что-то типа: "В понедельник к нам заглянул пингвин - в кастрюлю"  :eyesup:  Кратко писали, потому что некогда было.
Вот ссылка на книгу  http://www.bookol.ru...rafiya/1399.htm

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Альфа-тестер
510 публикаций
2 804 боя

Просмотр сообщенияShellback (20 Мар 2013 - 11:20) писал:

В Кристиании мы приняли на борт 97 собак. Теперь число их возросло до 116, и почти все они могли быть использованы для завершающего перехода на юг.
Хех. Улыбнуло)

Понравилось. Жду продолжения.

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Старший альфа-тестер
1 167 публикаций

Просмотр сообщенияAntossimys (20 Мар 2013 - 21:16) писал:

Хех. Улыбнуло)

Понравилось. Жду продолжения.
Насчет собак, так потом это будет их единственной пищей, когда отряд всего лишь из пяти человек будет покорять Южный полюс. Не по себе было читать, когда Амундсен описывал, как один из участников экспедиции (кок) чуть ли не со слезами на глазах готовил своего лучшего друга (разумеется пса).

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Альфа-тестер
1 262 публикации
3 938 боёв

Лови +

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Альфа-тестер
510 публикаций
2 804 боя

Просмотр сообщенияShellback (21 Мар 2013 - 06:24) писал:

Насчет собак, так потом это будет их единственной пищей, когда отряд всего лишь из пяти человек будет покорять Южный полюс. Не по себе было читать, когда Амундсен описывал, как один из участников экспедиции (кок) чуть ли не со слезами на глазах готовил своего лучшего друга (разумеется пса).
Сурово. Даа, какой только ценой давались открытия и какие только решения не приходилось принимать людям в экстремальных условиях.

P. S. Спойлерить было не обязательно.

Рассказать о публикации


Ссылка на публикацию
Поделиться на других сайтах
Гость
Эта тема закрыта для публикации новых ответов.

  • Сейчас на странице   0 пользователей

    Эту страницу никто не просматривает.

×