Перейти к содержимому

Поиск по сайту

Результаты поиска по тегам 'катастрофы'.

  • Поиск по тегам

    Введите теги через запятую.
  • Поиск по автору

Тип публикаций


Категории и разделы

  • Важные темы
    • Новости
    • Обратная связь
    • Новости разработки
  • Игровой раздел
    • Новичкам
    • Корабли в игре
    • Руководства
  • Сообщество
    • Обсуждение World of Warships
    • Общение на свободные темы
    • Творчество
    • Волонтёры
    • Встречи и мероприятия
  • Технические и финансовые вопросы
    • Технические вопросы
    • Финансовые вопросы
  • Моды и софт
    • Модификации клиента
  • Состязания
    • Конкурсы
    • Турниры
    • Ранговые бои
  • Клановый раздел
    • Вербовочный пункт
    • Клановые бои
  • История
    • Кораблестроение
    • Общая история
  • Супертест
    • Все о супертесте
  • Общий архив
    • Архивы разделов
  • Информация Wargaming.net
    • Правила
    • Вакансии Wargaming.net

Календари

  • Боевые задачи
  • Премиум магазин
  • Игровые события
  • Конкурсы
  • Общий тест
  • Скидки

Искать результаты в...

Искать результаты, которые содержат...


Дата создания

  • С

    По


Последнее обновление

  • С

    По


Фильтр по количеству...

Зарегистрирован

  • С

    По


Группа


AIM


MSN


Website URL


ICQ


Yahoo


Jabber


Skype


Город


Увлечения

Найдено 2 результата

  1. Добрый день, уважаемые форумчане. Почитал недавно одну интересную книжку про море и решил поделится прочитанным. А книжка была про печальную строну мореплавания - кораблекрушения. А расскажу я про знаменитые мели. И номером один будет : Великий пожиратель кораблей (Сэр Гудвин , Песчаный хамелеон) схематический рисунок места нахождения (любознательных отправляю на гуглмапс там более реалистично ;)) Английские морские хроники свидетельствуют, что на протяжении тысячелетий Гудвинские пески являлись местом постоянных кораблекрушений. Еще в средние века моряки дали этим мелям очень меткое определение — «Великий пожиратель кораблей». Оно как нельзя лучше характеризует крутой нрав этих обманчивых песков. О них не раз упоминает и Вильям Шекспир. Например, в «Венецианском купце» говорится, что корабль Антонио с ценным грузом «потерпел крушение в этих стесненных водах, называемых Гудвинами, очень опасными, плоскими и смертоносными, где остовы многих судов покоятся». Страховщики Ллойда, который уже почти три века ведет учет всех морских аварий, давно сбились со счета погибших здесь судов. Стоимость застрахованных ими кораблей и погибших на Гудвинских мелях за последние двести лет они определяют в 250 миллионов фунтов стерлингов, а число пропавших здесь людей—в 50 тысяч. Было и есть три основные причины попадания судов в ловушку Гудвина: штормы, которые выносили беспомощные парусники на пески, туман, лишавший судоводителя видимости и возможности точной ориентировки, и сильные течения, сносившие корабли с курса. Если судно оказывалось на мели и его до наступления отлива не удавалось снять, то оно навечно оставалось в плену «Великого пожирателя». Парусные корабли имели полукруглое днище и, оказавшись на суше, не могли оставаться без подпорок на ровном киле: они валились набок. Когда такой корабль попадал на мель и с отливом пески осыхали, он ложился на борт. С наступлением прилива, когда мели покрывались пятиметровой толщей воды, течение заливало обреченное судно, прежде чем оно успевало принять нормальное положение. Обычно на третий-четвертый день зыбучие пески засасывали парусник полностью. Если судно оказывалось на мели, будучи выброшенным штормом, то его участь решалась еще быстрее: волны и прилив опрокидывали и заливали корабль мгновенно. С пароходами и теплоходами дело обстояло немного иначе. У этих судов плоское днище, и, попав на мель, они в отлив оставались на ровном киле. Но с первым же приливом течение намывало с одного борта корабля гряду песка, вымывая его из-под другого борта. На третий-четвертый день судно опрокидывалось на борт, вода заливала его помещения с палубы. Если пароход оказывался на мели носом или кормой по направлению к течению, то песок вымывался из-под днища в районе носа и кормы: корпус судна провисал, и пароход разламывался пополам. Это обычно происходило с тяжело загруженными пароходами. Даниэль Дефо получает письмо Жертвы «Песчаного хамелеона» Драма «Сорренто» Ловушка подводных лодок Годовое «меню» Гудвина —12 судов. Проглоченный маяк П.С. Еще фото и арта в следующем посте. П.П.С. Использовались такие источники : http://flibusta.net/ http://www.wessexarch.co.uk/ http://www.cartalana.ru/marine-015.php http://www.urbanghos...-goodwin-sands/ http://www.wrecksite.eu/
  2. Итак, господа, как у хорошей и длинной истории, у этой статьи должно быть вступление, пусть она может быть не совсем хорошей и не совсем длинной. В любом случае я просто обязан донести до вас, что сия статья есть плод чужого ума. Бла-бла-бла. Начнем. :honoring: Нью-Йорк удивительный город, здесь можно совершенно случайно сделать снимок ржавого куска железа, а потом узнать, что за ним стоит необычная и трагическая история. Так получилось и в этот раз, когда я неторопливо прогуливался в окрестностях своего района и забрел в один из парков рядом со старым каналом, берега которой густо заросли кустарником и были сплошь завалены кучами мусора, а из воды торчали лишь остатки старых сгнивших пирсов и надстройки затонувших кораблей. Ничего особенного я там не приметил, но на автомате сфотографировал какой-то объект сильно выступавший из воды. Сфотографировал и забыл. Позже, разбирая и рассматривая фотографии я подумал, что это какой-то цилиндрический понтон или просто цистерна для топлива затонувшая рядом с пирсом. В конце концов, там такой райончик, что целый угнанный Джип иногда найдешь, не то, что старую затопленную железяку. Сегодня, совершенно случайно, я наткнулся на удивительную и необычную историю этой насквозь ржавой посудины. Но чтобы рассказать эту историю, нужно рассказать и ее трагическую предысторию, произошедшую в океане недалеко от берегов Нью-Йорка 46 лет назад. Вечером 25 июля 1956 года, к Нью-Йорку, приближался флагман итальянской компании "Италиан Лайн", трансатлантический пассажирский лайнер "Андреа Дориа". Он только миновал знаменитый плавучий маяк "Нантакет" и стремительно пытался наверстать небольшое отставание в графике. В скором времени, на 84 пирсе порта Нью-Йорка, его уже должны были ждать встречающие и грузчики с почасовой оплатой, именно этот факт и был основной причиной спешки лайнера. "Андреа Дориа" по праву считался одним из самых красивейших лайнеров всех времен, при его постройке, только на одну его обстановку и интерьеры было потрачено более 1 миллиона долларов. В рекламном буклете "Италиан Лайн" его называли "Кораблем, построенным вокруг картины". Его интерьеры олицетворяли Италию того времени - шелковые гобелены, вазы ручной работы для каждой каюты "люкс", отделка и мебель из дорогих пород дерева, дорогая фарфоровая посуда в ресторанах. Корабль символизировал все лучшее, что было в искусстве и дизайне того времени и должен был познакомить пассажиров с культурой и традициями Италии еще во время путешествия туда. Лайнер был спущен на воду в 1951 году, а к середине 1956 он уже совершил свой сотый трансатлантический рейс. "Андреа Дориа" считался одним из самых безопасных пассажирских лайнеров, из всех когда либо построенных, он имел двойной корпус, который был разделенный на 11 водонепроницаемыми отсеков, при этом затопление двух любых его отсеков не представляло для судна никакой опасности. Для предотвращения столкновения с другими судами, он был оборудован радаром дальнего предупреждения. Все это делало его одним из самых популярных лайнеров на трансатлантическом маршруте и в каждый свой рейс судно уходило практически без свободных мест, все билеты всегда были раскуплены. В ту ночь, на океане стоял почти полный штиль, а над поверхность воды висел плотный туман, который нередко встречается у берегов Массачусетса, поскольку именно там теплый Гольфстрим сталкивается с холодным Лабрадорским течением. "Андреа Дориа" уже несколько часов двигался в этом плотном тумане со скоростью 22 узла, что являлось грубым нарушением существующих правил судоходства, в тумане судно было обязано снизить ход. В этом рейсе, на борту судна находилось 1 134 пассажира и 572 члена команды. Это была последняя ночь утомительного трансатлантического путешествия, которое началось 17 июля в итальянском городе Генуя, планировалось, что уже следующим утром лайнер должен был стоять у пирса морского порта Нью-Йорка. В полдень того же дня, из порта Нью-Йорка в Гётеборг, вышел небольшой шведский грузопассажирский пароход "Стокгольм", принадлежавший компании "Свидиш-Американ Лайн". Он был самым маленьким лайнером на североатлантическом маршруте, судно было вдвое короче "Андреа Дориа" и его скорость была на 5 узлов меньше. Видимость была прекрасная и на скорости 18 узлов, судно взяло курс на плавучий маяк "Нантакет". Поскольку суда находились в районе оживленного судоходства, капитан "Андреа Дориа" принял необходимые меры предосторожности, были закрыты все водонепроницаемые двери в перегородках, а судно постоянно подавало звуковые сигналы обязательные при плавании в тумане. "Стокгольм" же шел практически весь путь в условиях хорошей видимости и только у берегов Массачусетса вошел в зону сильного тумана. Суда двигались навстречу друг другу со скоростью 40 узлов и не имели визуального контакта, радиосвязь между судами так же не велась. Каждый из них знал о присутствии другого судна только на основании данных радара, при этом на радаре "Стокгольма" показания были искажены, так как он был неправильно настроен и то, что они считали расстоянием в пятнадцать миль, на самом деле было всего пятью. На итальянском судне, как в последствии оказалось, тоже не умели правильно рассчитывать маневры, руководствуясь только одними показаниями радара.В 22:10 на мостике "Стокгольма" заметили судно идущее на встречу по курсу. Рулевой "Стокгольма" повернул влево, чтобы избежать столкновения с ним. Вахтенный "Андреа Дориа" тоже заметил впереди судно и капитан дал команду повернуть вправо. Через несколько секунд минут на мостике "Андреа Дориа" с ужасом наблюдали стремительно приближающийся к ним "Стокгольм", но сделать что-либо было уже невозможно. Через несколько секунд нос "Стокгольма" вонзился в центральную часть правого борта "Андреа Дориа" и начал рвать обшивку лайнера, как будто она была сделана из бумаги. Носовой частью "Стокгольм" пробил семь палуб "Андреа Дориа", а от удара итальянский лайнер сильно накренился влево, развернулся на четверть оборота и потащил за собой шведское судно. Суда были переплетены около 30 секунд, потом на "Стокгольме" экстренно дали команду "Полный назад!" и со скрежетом покорёженный форштевень шведа вышел из правого борта "Андреа Дориа" продолжая оставлять глубокие раны на обшивке итальянца, все еще продолжавшего движение. Судам удалось расцепиться и в образовавшуюся двенадцати метровую пробоину итальянского судна хлынула вода. "Андреа Дориа" мгновенно получил сильный крен на правый борт, но он все еще продолжал идти со скоростью 22 узла. Еще через несколько минут итальянский лайнер растворился в тумане. На "Стокгольме" застопорили машины и покачиваясь на мертвой зыби среди плотного тумана, ошарашено пытались понять, что же только что произошло. В 22.20 с борта итальянского лайнера был передан сигнал - "SOS DE ICEH SOS HERE AT 0320 GMT LAT. 40.30 N 69.53 WE NEED IMMEDIATE ASSISTANCE".В 22:22 "Стокгольм" так же передал сигнал SOS, и сообщил о столкновении с другим судном. Позже они сообщили, что смогут дойти до Нью-Йорка своим ходом. 46 пассажиров "Андреа Дориа" погибли при столкновении, многие получили серьезные травмы, кто-то от удара, кто-то при попытки выбраться из кают и завалов внутри лайнера в районе пробоины. Нижние палубы в месте удара были практически мгновенно затоплены, а многие из пассажиров, путешествовавших в самых дешевых нижних каютах, утонули. Через 30 минут после столкновения, было принято решение об эвакуации всех пассажиров с борта судна. Эвакуация осложнялась большим креном судна, из-за чего было невозможно использовать шлюпки левого борта. Еще больше усложнил задачу сам экипаж лайнера, многие члены команды которого первыми позорно покинули тонущий корабль, оставив своих пассажиров спасать себя самостоятельно. На шведском судне поняли, что даже, несмотря на сильные повреждения носовой части, они могут уверенно держаться на плаву и им не грозит опасность затопления, и активно подключились к спасательной операции. К итальянскому лайнеру подошли шлюпки со "Стокгольма" и стали забирать пострадавших. Каково же было удивление и негодование шведских моряков, когда на первых трех спасательных шлюпках, подошедших к "Стокгольму", находились исключительно члены экипажа тонущего судна, а не его пассажиры. Некоторые шведские моряки просто не смогли сдержаться и начали избивать таких "спасенных" и пытаться выкинуть их за борт. Через 3 часа после столкновения, в развернувшейся операции по спасению случился поворотный момент, к месту трагедии подошел большой французский трансатлантический лайнер "Иль-Де-Франс" и приступил к спасению оставшихся пассажиров. К утру 26 июля удалось эвакуировать всех пассажиров лайнера.Через 11 часов после столкновения, в 10:09 "Андреа Дориа" затонул. Продолжение в прицепе. :great:
×