Перейти к содержимому

Pryamus

Участник
  • Публикации

    665
  • Зарегистрирован

  • Посещение

  • Бои

    6759
  • Клан

    [3AKAT]

Оценка

2 215 Потрясающая

О Pryamus

  • Звание
    Мичман
  • Знак

Посетители профиля

20 391 просмотр профиля
  1. Спасибо, но вообще очень грустно... Я крайне удивлен что в видео не помянуто заодно, как повлиял конкретно на мидвей новый эллипс. Есть где-то еще про это послушать? Все-таки мой основной корабль в Х рангах. UPD: буквально сообщением выше увидел... Будет более детальное видео, когда дотестируются все?
  2. Кто бы мне объяснил штраф к опыту авика, который ведет к тому что с 2-3 ПУК я на 2 месте, а на первом - сбиватель истребителей... Только за сегодня уже дважды.
  3. Дык прикол в том что ранги у нас щас инструмент фарма, а не мерянья своим скиллом... Тут повторюсь, уж определиться надо. Что мы получить-то хотим?
  4. Ну очень неплохо звучит... Дальше уже пробовать-щупать. У ПЛ даже появится подобие четкой роли в бою - а это вам не баран чихнул! Вопрос остается разве что как лодки будут взаимодействовать меж собой... Таран во имя справедливости, или все же как иначе? Опять же, будут ли ПЛ для компенсации баффы к скорости/урону/точности торпедь? Мой личный вопрос также - как из-под воды будет визуально выглядеть надводный кораблик. Голым силуэтом не вариант, ибо будет все так же тяжело определить угол и направление цели (но конечно легче чем выцеливать две разные точки).
  5. Как авиковод, согласен. Осталось придумать как точно. Но мысль мне нравится.
  6. Тут и порылась собака, которую мы все никак не доедим... Проблема разве что в любителях поспамить методом "выпускай много пуль, вдруг случайно заденешь цель!". Но идею предлагали еще приметельно к медалям за средний урон: вместо В последние 100 боев средний урон 10000 Сделать В 100 боях наберите не менее 10000 урона Аналогично можно было бы попробовать в рангах.
  7. Открою тебе секрет: я тоже. Но пока за рангами заблочен контент, влияющий на геймплей - сиречь корабли - придется упрощать и дальше. Поставят туда косметику - и пусть будет 100% спортивная честность. Но пока приходится крутиться. То есть для начала неплохо было бы определиться, нам шашечки или ехать? Нам туда в награды хороший понт (который как известно дороже денег) или геймплей (который блочить для 0.1% аудитории это фу)?
  8. Не стану спорить, но вот пока чет никто не придумал как, а делать рейтинг как в кланах почему-то в РБ не катит.
  9. Мне тут явилось видение. Я попытался зачем-то ткнуть в интерфейс звезд в Сводке (не спрашивайте зачем), и пришла мне в голову мысль... Окей, примем что переделывать звезды это долго, дорого, и вообще некогда... Но родилась у меня одна мысль после сих рангов. Кстати, в них _значительно_ меньше в этот раз целенаправленно бездействующих было, за 35+ боев аж 2 штуки встретил. Так вот. Сделать тык на звезды возможностью эту звезду "докупить". Не плюйтесь так, я еще не договорил! - Вместо несгораемых звезд и сохранения за 1 место, добавить валюту в виде звездочек. - Звезда за победу - без изменений. - Каждая звезда стоит 5 звездочек, купить ее можно в любой момент, но только в рамках текущего ранга (т.е. нельзя таким макаром перейти в следующий). - Также можно купить звезду, но не выше счетчика который ты в этом сезоне уже брал, за энную сумму ОИ (если исходя из сопоставимых порядков, то ок. 1000). То есть если ты добирался, скажем, до 8.5 ранга, то докупить звезды за ОИ можешь только когда скатился в качелях до 8.25 и ниже. Количество за сезон не ограничено, но опять же, не выше того что уже набрал. Почему именно за ОИ? Сталь глупо (теряется смысл), кредиты жирно, дублоны слишком явный донат, а вот ОИ вроде как все честно... - Одна звездочка выдается за каждые 250 чистого опыта при поражении (с округлением вниз). - Одна звездочка - за каждые 1000 чистого опыта при победе (с округлением вниз). Прочие механики можно не трогать, тут вопрос именно в. По факту для играющих принципиально без ОИ ничего не поменяется (и даже станет лучше, плюс возможно достижение "Упорство - пройти сезон такой-то без использования ОИ"). Для остальных - хоть какое-то уменьшение рандомности. Разработчикам лишние средства на доделку более важных вещей. Мысли?
  10. Ну если учесть что объявили ее крайне внезапно (у посла из Москвы было 8 минут, чтобы передать в Токио, до начала наступления)... Ммммм, а в личку указать места сможете? Мне самому интересно.
  11. Посмотрел. Исправлю на эту версию, пожалуй. Странно что в первоисточнике было именно так, хотя возможно что авторы попросту перепутали разведчики с истребителями. Спасибо.
  12. Pryamus

    Бюллетень разработки 0.9.8

    А если их вдруг не хватило... Докупка? Или потом за уголь? В остальном же отличненько, ждем.
  13. Здесь да. Хотя с исходным автором я согласен в том, что вряд ли американцы горели желанием делиться трофеями с советской армией, т.е. выгоднее было сделать самим, но поскорее.
  14. Основой для вольного перевода послужили заметки, несколько дополненные со стороны. Установить исходных авторов, к сожалению, невозможно. Часть элементов также взята из статей журналиста Ю. Гудименко (правда, отложились они так, что до момента публикации уже и забылось, откуда они взяты). ВНИМАНИЕ: данный пост составлен исключительно с уточняющей, информационной и образовательной целью, чтобы напомнить о 75-летии указанных событий и об их восприятии - тогда и сейчас. Он не призывает занимать политическую позицию какой-либо из стран какой-либо эпохи, не ставит цели превознесения каких-либо идей, никого ни к чему не призывает, ничего не пропагандирует, не содержит сведений, которые были бы в какой-либо стране признаны незаконными (хотя многие деликатно умалчиваются или были засекречены по состоянию на 1945 год). Все данные только из открытых источников, в ответ на любое аргументированное указание на историческое несоответствие текст будет немедленно исправлен. Поскольку исходный текст все-таки был составлен англоязычными людьми, некоторый перекос точки зрения в наличии. У сего текста нет никаких предпосылок для написания, он всего лишь для того, чтобы в очередной раз понять: история это настолько сложная вещь, настолько за гранью добра и зла, что понять ее иной раз невероятно трудно. Ее редко понимают те, кто смотрят на нее постфактум, и еще реже, как ни странно - те, кто ее проживали. Об одном таком примере и хочу написать: о первом и единственном в истории человечества применении ядерного оружия летом 1945 года. Бомбардировки, вокруг которых до сих пор идут споры. Нужны ли они были? Оправданы ли? Допустимы ли? Ни один из этих вопросов ответа до сих пор не получил. Еще раз: это безумно сложная страница в истории, во многом ее изменившая. Моральную сторону вопроса трогать я не буду: вместо этого предлагаю взглянуть на то, что в учебниках истории не описывают, или описывают, но исключительно с позиции страны, где учебник издан. Прочитайте и попробуйте вообразить себе, что все это взаправду было (и, что еще страшнее, что БЫЛО БЫ, если бы не было этого). Кроме того, речь пойдет не о самих бомбардировках, а об их причинах и последствиях, поэтому очередного пересказа ужасов смерти в атомном пламени здесь нет. Предыстория Величайшая ошибка в моей жизни – написанное мной письмо президенту Рузвельту, в котором я рекомендовал создать атомные бомбы; но у меня было оправдание – опасность того, что немцы сделают их первыми. —Альберт Эйнштейн Большинство людей про участие в войне Японии помнит только две вещи. Перл-Харбор и бомбардировки Хиросимы и Нагасаки. 6 и 9 августа 1945 года, США уничтожили ядерными бомбами два города. Целей было заявлено две: Уничтожить два из оставшихся четырех (до войны их было более 60) промышленных городов. Климат не позволял сжечь их обычными бомбардировками, как остальные. Показать, что планируемая Японией защита своих островов от предстоящего вторжения в ноябре 1945 года (операция Downfall) несостоятельна с учетом наличия у Запада ядерного оружия. На втором надо остановиться поподробнее. В Японии прекрасно знали, что американцы (как лично президент Трумен, так и военное командование) сомневаются: стоит ли наземная операция в Японии и ее захват на суше тех гигантских ресурсов (денег, людских потерь, времени, в конце концов), в каковые ее оценивали. Обе стороны понимали, что, возможно, это вторжение и не потребуется... Потому что к осени 1945 ожидался голод, который сам по себе может привести к восстанию и обрушить режим изнутри. Еще одна гипотетическая причина, называемая чаще критиками бомбардировок: продемонстрировать силу Советскому Союзу на ранних этапах Холодной Войны. Главной причиной это явно не было, но без сомнений, в администрации США было немало тех, кто на такой эффект надеялся. Прежде чем приступать к детальному разбору, еще раз помяну: эти события были безумно сложными с точки зрения причин и следствий, обусловленными внутренней и внешней политикой Японии и США, даже без учета каких-либо этических вопросов. Операция Downfall Август 1945 года. Война в Европе закончилась, германский лидер уже три месяца как мертв, 8 мая (в странах Запада) и 9 мая (в СССР) отмечается как день безоговорочной капитуляции Германии. Однако на востоке Японская Империя все еще сопротивляется, несмотря на то, что большинство ее городов лежит в руинах (американские ВВС не жалели фугасных и зажигательных бомб, методично сравнивая их с землей один за другим). Полумиллионная Экспедиционная армия в Китае отрезана от всех линий снабжения и живет на подножном корму, пока Чан Кайши сметает их части одну за другой. Несмотря на это, японцы отвергают все предложения о капитуляции. Когда подходят со стороны Тихого Океана американцы, им ясно дают понять: без боя до последнего патрона Япония сдаваться не намерена. План операции Downfall состоял из двух частей. Сначала захватить остров Кюсю - самый южный из больших островов. После закрепления на нем, с него запустить вторжение на Хонсю, одновременно отправив в Токийский Залив морские силы и высадив десант на равнину Канто. Сказать, что это был масштабный план - не сказать ничего. Если бы вторжение состоялось, это была бы крупнейшая высадка с моря в истории человечества. Высадка в Нормандии предполагала 156 тысяч солдат за раз на расстояние в полторы сотни километров. Здесь же нужно было высадить в семь раз больше, растягивая линии снабжения через океан (тысячи километров). Крупнейший флот в истории должен был поддерживать их с моря: 42 авианосца и больше десяти тысяч палубных самолетов. При этом США вовсе не горели желанием такую операцию начинать: с начала войны и вплоть до августа сорок пятого им противостояли фанатичные, самоубийственные японцы, которые, как ожидалось, будут сопротивляться любой ценой, не останавливаясь ни перед чем. Захват нескольких малых островов уже обошелся в тысячи жизней, а они были несравнимы по сложности взятия с большими. Оценки потерь в этой операции разнятся от эпохи к эпохе (и от страны к стране), но самые оптимистичные цифры: сотни тысяч американских солдат и десять миллионов японцев. Спустя 75 лет мы об этом забываем, но на тот момент никто не знал, что война скоро кончится. Войну с Японией ожидали завершить самое раннее через 18 месяцев после поражения Германии, а вторжение только начаться должно было не ранее ноября 1945 года - то есть сражения бы продолжались до 1947! Решения принимались не в контексте "осталось немного" и не под лозунгом "проиграть японцам мы уже не сможем", а в условиях возможной эскалации Тихоокеанской Войны до невиданных масштабов. Правительство США заказало столько медалей "Пурпурное сердце" (за ранение в бою) в преддверии потерь во время вторжения, что этот запас не израсходован до сих пор - по сей день! И это еще без учета того, что американский народ был не в восторге от таких расходов на войну в принципе. Для нас, потомков, не видевших это вживую, такая логика немыслима, но тогда людям и в голову бы не пришло, после гибели десятков миллионов европейцев, русских и азиатов, плюс перед лицом перспективы потерять еще сотни тысяч, не использовать любую возможность закончить войну здесь и сейчас. И уж тем более никого бы не остановил аргумент, что "бомбардировка убьет слишком много людей". Операция Кэцуго Японцы подготовили к вторжению симметричный ответ: операцию Кэцуго Сакусэн (決号作戦, "решительный отпор"). На сей раз не было аналога операции Fortitude по сокрытию места высадки, и Япония точно знала, где встречать американские войска, стягивая все больше и больше сил к южному Кюсю. Надежды выиграть войну у Японии не было, они ждали совсем другого: сделать вторжение на большие острова и взятие Токио настолько абсурдно опасными, заставить заплатить за захват Японии такими потерями, что американцы просто не рискнули бы его начать. Даже после всех поражений в море и в воздухе у Японии все еще было 10 тысяч самолетов - большинство из них срочно переделывались в "авиацию специального назначения", то есть камикадзе, хотя бы потому, что пилоты-новички все равно годились только для самоубийственных атак, все асы давно погибли в бою. Бороться в воздухе с превосходящим количественно, качественно и в опыте противником было бесполезно. Во время сражения за Окинаву Японский Императорский Флот запустил 1500 самолетов "специального назначения", из которых 11% попали в цель, ранив и убив больше десяти тысяч американских моряков. На Кюсю, где уворачиваться в силу ландшафта было бы куда сложнее (радар не действует сквозь рельеф), ожидалась результативность попаданий камикадзе в 17%: причем наводить их планировалось не на крупные суда, а на транспортники, высаживающие десантников, увеличивая вероятность забрать с собой как можно больше живой силы противника. Сохранились "оптимистичные" прогнозы японских офицеров по уничтожению около 1/3 сил вторжения одними только камикадзе во время высадки на берег. (впрочем, чего японцы не знали, так это того, что американцы ждали подобного приема, и собирались пустить вперед корабли, замаскированные под десантные, без войск на борту, зато обвешанные таким количеством орудий ПВО, какое физически могло там уместиться) Помимо камикадзе, у Японии было больше тысячи взрывающихся подводных лодок и несколько тысяч брандеров (просто катеров, набитых взрывчаткой). Когда кончились бы и они, собирались посылать тысячи "живых морских мин" - водолазов, цепляющих бомбы вручную на проходящие над ними корабли до самой береговой линии. На суше у японцев оставалось около миллиона солдат (разной степени подготовки). Но главную ставку делали не на них. И вот тут уже вступает в силу менталитет японцев, который мог стать окончательным шагом в пропасть всей Японской Империи. Японцы собирались вооружить все население, от мала до велика, чем могли: вплоть до старинных мушкетов, луков и бамбуковых копий. Затем отправить их всех в бой с американскими солдатами - подобно тому, как персы привязывали к щитам кошек, чтобы египтяне не могли просто засыпать их стрелами. Сохранились рассказы японских детей: школьницы, которой вручили шило со словами "Даже убить одного американского солдата будет достаточно - целься в живот", или мальчика, которому объясняли, как броситься под танк и привести в действие бомбу в мешке. Неофициально эту тактику называли "Ишиоку Гиокусай" (億玉砕), в буквальном переводе - "сто миллионов разбитых самоцветов". В самом названии уже заложен был план, если потребуется, пожертвовать всем оставшимся населением в предстоящем сражении. Японский министр обороны генерал Анами на встрече с императором Хирохито сказал "Разве не будет чудом уйти всему народу разом, уничтоженным подобно красивому цветку?" (имеется в виду цветок хризантемы, в Японии символ камикадзе). Возможно также, что это был способ сократить население в условиях приближающегося голода. Неясно, было ли намеренным решением поставить на одну битву - оборону Кюсю - все имевшиеся силы, но ограниченные ресурсы и так не оставляли в резерве ничего на защиту центральных и северных островов, если бы отстоять юг не удалось. Японская армия надеялась, что сражаться дальше просто не придется. Что творилось в японском кабинете министров Кабинет министров Японии, зная, что от полного поражения их отделяет самоубийственный план обороны и нежелание противника сражаться с людьми, которым нечего терять, разделился надвое. Были те, кто хотели сдаться, и те, кто желали сражаться до смерти. Вторых было меньше, но первые не могли между собой договориться. С точки зрения уклончивой японской дипломатии, есть огромная пропасть между "сдаться" и "закончить войну миром": хотя переговоры шли на протяжении всего лета, японцы настаивали на не просто неприемлемых, а фантастических условиях (притом что американцы из всех возможных вариантов предлагали только безоговорочную капитуляцию). Япония требовала сохранения власти императора и всего политического устройства, отсутствия оккупации и контроля разоружения (читай - обойтись без такового) и права самим судить своих военных преступников (здесь как нигде уместно упоминание Сиро Исии, главы Отряда 731, чьи эксперименты по созданию биологического оружия и его испытания оставляли далеко позади даже фантазию доктора Менгеле). Что именно говорили про себя американцы, это читая, неизвестно, но ни одно из этих условий их не устраивало. Хотя бы потому, что Германия в аналогичной ситуации сдалась безоговорочно - а значит, уступки японцам будут фактически признанием их непобежденными. Позиция СССР На протяжении войны между Японией и Советским Союзом действовал мирный договор, давшийся им нелегко. Японцы напали на советские войска еще в 1939 году в Монголии (бои на Халхин-Голе), потерпели поражение и подписали пакт о ненападении в обмен на прекращение СССР финансирования и снабжения Гоминьдана (Китайской Национальной партии, не вдаваясь в подробности - борцов с японской оккупацией, предков Китайской Республики и предтеч нынешнего Тайваня). Это, в общем, устраивало обе стороны: СССР принялся вооружаться сам, а японцы обрушили всю имеющуюся военную мощь на Китай. Позднее, когда обе страны объявили войну соответственно Германии и США, уже нельзя было открывать второй фронт и начинать полноценную войну друг с другом. Стычки и сражения на Дальнем Востоке были, но оба государства прикладывали усилия для предотвращения эскалации конфликта - даже когда русских похищали для испытаний и экспериментов. Собственно, нейтралитет между СССР и Японией позволял японскому правительству рассчитывать на позицию Советского Союза как посредника, способного выторговать более выгодные условия на переговорах с США. Надежды эти были напрасными (и как оказалось, мало на чем основывались): ближе к концу войны в Европе, США убедили СССР объявить Японии войну в обмен на ленд-лиз. СССР, в свою очередь, обеспечил поставки продовольствия и боеприпасов напрямую во Владивосток, что было для американцев куда удобнее, чем десяток тысяч километров по железной дороге из Европы. На Ялтинской конференции Сталин дал согласие на участие СССР в Тихоокеанской Войне, спустя 3 месяца после капитуляции Германии. Кроме всего прочего, это означало, что СССР получает усиление влияния на тихоокеанском театре военных действий, а в перспективе даже совместную оккупацию Японии, если война затянется. Поскольку отдавать что-либо Сталину Трумен не желал, для него было выгодно закончить войну как можно быстрее: если бы японцы сдались сразу, США могли бы разоружить их самостоятельно. На фоне победы в войне это кажется вторичным, но в реальности вопрос "как мы поделим мир ПОСЛЕ" волновал политиков с обеих сторон даже сильнее, чем "как мы победим ДО". Британцы, кстати, снарядили отдельные силы в Сиднее и отправили в Гонконг, чтобы те приняли сдающийся регион раньше, чем туда прибудут войска Китая. В июле 1945 года крейсер "Индианаполис" доставил к берегам Японии компоненты для первой атомной бомбы. Атомная бомбардировка Выбор Хиросимы и Нагасаки был практически случайным из четырех возможных городов. Для сброса второй бомбы изначально предлагалась Кокура (она же была запасной целью для первой), но облачность и нулевая видимость вынудили уйти на Нагасаки, отчего в японском языке появилось выражение "везучий, как Кокура". Киото был вычеркнут из списка вследствие культурного значения города (по более прозаичной версии, военный министр США Генри Стимсон провел там медовый месяц). Ход событий в день бомбардировки подробно описан по минутам, и пересказывать его весь нет смысла: бомбардировщик "Энола Гэй" сбросил первую бомбу "Малыш" на Хиросиму 6 августа в 8:15 утра, чему способствовала солнечная погода. Воздушная тревога была отменена из-за размера авиагруппы (всего 6 самолетов, из которых японцы засекли всего 3: два контролера, три разведчика, запасной самолет и сам "Энола Гэй"), которую приняли за разведку, и для экономии боеприпасов не стали атаковать. Бомба сдетонировала вскоре после того, как жители покинули бомбоубежища. Погибло по разным оценкам от 70 до 80 тысяч человек, включая 20 тысяч военных и 20 тысяч корейцев (большинство из которых были там не по своей воле), 48 тысяч построек было разрушено до основания (в их числе штаб Второй Основной Армии и Пятого Дивизиона). Японское радиовещание быстро заметило, что радиостанции Хиросимы полностью замолкли (о сбросе бомб еще не знали), в штабе командования многие списали это на технические ошибки и погодные помехи (несмотря на то, что полностью отключить все станции в черте города могло только его физическое уничтожение). Только 8 августа Токийское Радио сообщило, что "Все живое, люди и животные, было буквально испепелено на месте", и японцы узнали о том, что это не было ни ошибкой, ни природным явлением, ни очередной привычной стратегической бомбардировкой. 9 августа Красная Армия начала наступление на Дальнем Востоке, снеся японские позиции в Манчьжурии и обрушив все надежды на нейтральную позицию СССР и посредничество в переговорах с США. В этот же день в 11:01 утра над Нагасаки сработала вторая атомная бомба "Толстяк". Нагасаки располагался на холмах, а бомба упала в долину, соответственно, город был основательно поврежден, но не стерт с лица Земли полностью, и, как следствие, потерь было меньше. Ориентировочно 35-40 тысяч человек погибло, в их числе 150 военных, 27 778 рабочих и 2 тысячи корейских рабов (последний пункт в хрониках обычно опускают). Итого жертв обеих бомбардировок около 120 тысяч. Эти цифры, как и ожидаемые потери от вторжения в 11 миллионов японцев и американцев, не были опубликованы еще много лет, но внезапность и масштаб разрушений шокировали в США даже тех, кто выступал за применение ядерного оружия. Было и меньшинство, призывающее обратить в радиоактивный пепел всю Японию целиком, но большинство людей было против убийства мирного населения ради самого процесса. Чтобы понять взгляды тех времен, нужно учесть: даже самые масштабные стратегические бомбардировки (сотни тысяч жертв!) были нацелены на промышленные центры, и давали иллюзию войны без лишних потерь среди мирного населения. Атомная бомба же судила всех без разбора, правых и виноватых. Планировалось использовать третью и последующие бомбы для уничтожения японских линий обороны и центров связи при вторжении на Кюсю, но как показал позднее подробный анализ, эффекта от них было бы куда меньше. Атомная бомба создана для уничтожения плотно заселенных городов, а на пересеченном и неравномерном поле боя ее применение сильно ограничено: ее нужно еще доставить и сбросить в точно отведенное место, проведя бомбардировщик мимо линий ПВО, при этом большая часть энергии взрыва уйдет в никуда (термоядерный взрыв, о котором тогда еще даже не подозревали, лишен этого "недостатка"). К тому же, о радиационном заражении тогда не было известно, и боевые действия на "обработанной" земле унесли бы за счет облучения не меньше жизней, чем сам взрыв, с обеих сторон. Принятие поражения Даже после бомбардировки Хиросимы Япония продолжала отвергать условия капитуляции. Основной причиной было отсутствие данных о том, есть ли у американцев еще бомбы: если не было, оборона островов была бы все еще жизнеспособна, а значит, были и аргументы в переговорах. Если же были, то оборона была бы бессмысленной по определению, не оставляя выбора, кроме как сдаваться. Упомянутый выше генерал Анами зачитывал доклад о том, что по его данным, бомба у США была единственной, когда пришли срочные новости о бомбардировке Нагасаки. Удар по Нагасаки продемонстрировал и Японии, и всему миру, что торговаться японцам нечем. Для той части правительства, что выступала за капитуляцию, бомбардировки были в чем-то мрачно-радостным известием: они наконец могли открыто заявлять о необходимости прекращения огня. Говорить о капитуляции перед лицом атомного конца света куда проще, чем в преддверии сражения, пусть и заведомо проигрышного. Все свои условия японцы отозвали немедленно, оставив одно: сохранение императорской власти. Когда им было отказано и в этом, было принято решение о безоговорочной капитуляции. Император Хирохито лично составил обращение к нации, которое должно было уйти в эфир на следующий день. Впрочем, часть правительства не остановило даже это. В ночь перед вещанием группа японских высокопоставленных офицеров предприняла попытку переворота, попытавшись взять штурмом дворец с целью "обезопасить" (то есть арестовать) императора и уничтожить сообщение о капитуляции. По иронии судьбы, именно генерал Анами, автор стратегии уничтожения собственного народа, главный сторонник войны до последнего, стал причиной провала мятежа. Отказавшись выступить против императора и покончив с собой, он лишил остальных офицеров поддержки армии (верной прежде всего ему). Все заговорщики, не сумев завершить начатого, совершили самоуничтожение утром 15 августа. Сообщение императора пошло в эфир, как и планировалось. Сообщение это примечательно по многим причинам. Это была первая открытая и публичная речь императора, большинство японцев впервые услышали его голос. С удивительным для европейцев преуменьшением он заявлял: "Нельзя сказать, что положение на фронте изменилось в пользу Японии". Слово "капитуляция" в речи императора не прозвучало ни разу, вместо этого он говорил о решении направить правительство в сторону "принятия положений Постдамской Декларации". В речи множество самооправданий, включая слова о том, что Япония никогда не посягала на суверенитет других государств, и что борьба в Восточной Азии шла за освобождение ее от европейского империализма. Также император упоминает атомную бомбу (новое страшное оружие, как он выразился) как причину принятия условий США, заявляя: в противном случае количество невинных жертв будет неисчислимым. Другая сторона обращения не видна не-японцу: речь была на церемониальном (официально-формально-деловом) диалекте японского языка, который простые люди попросту не понимали (или понимали с трудом). То, что вместо радиоэфира запись воспроизводилась через фонографы и громкоговорители, тоже не добавляло ей ясности. Многие японцы, прослушав речь императора, не понимали, что она означает, настолько, что потребовались дополнительные передачи, разъясняющие: Япония сдается. США приняли капитуляцию, прекращение огня вступило в силу 15 августа и до 2 сентября, когда представители обеих стран подписали мирный договор (на борту линкора Миссури, кстати). После капитуляции Япония даже получила от бывших противников гуманитарную помощь, предотвратившую массовый голод осенью 1945, о котором говорилось в самом начале. Две недели между двумя событиями японцы использовали, чтобы уничтожить большинство записей и документов о военных преступлениях до прибытия войск США: многие из них так и остались неизвестными. Интересна судьба упоминавшегося выше Сиро Исии: результаты своих исследований он продал США, вместо того, чтобы уничтожить, выторговав себе жизнь и (относительную) свободу, умерев спустя много лет по естественным причинам, и отдав в руки американцев сведения как о биологическом оружии, так и о борьбе с ним. Не менее драматична судьба Хироо Оноды, японского солдата, еще тридцать лет на Филиппинах отказывавшегося верить в поражение своей страны (его не тронули даже письма родных): он сложил оружие только когда его командир, к тому моменту давно вышедший на пенсию, лично приказал партизану сдаться. Вторая мировая война закончилась событиями настолько страшными, что даже спустя 75 лет потомки боятся их повторять. А могла закончиться еще более трагично, вплоть до полного уничтожения стомиллионной нации. Споры о том, что могло бы быть, не утихают до сих пор. Напоследок: Святой и радиолог Был еще один человек, который лично при этих событиях присутствовал, и как бы ни относились к его взглядам, он все же высказал мысль, которая вошла в историю. Во время бомбардировки Нагасаки в госпитале чуть в отдалении от эпицентра работал Такаши Нагаи, радиолог и обращенный католик. Он почти не получил ранений, но ему досталась смертельная доза радиации. К этому моменту он уже умирал от лейкемии (для радиолога тех лет неудивительно, защиты от рентгеновского излучения аппаратов еще не было). Вместе с коллегами он спасал раненых из руин, зная, что жить ему осталось недолго. Его супруга погибла мгновенно, когда взрыв пришелся на квартал Умагами, в полутора километрах от намеченной цели. Такаши Нагаи был другом святого Максимилиана Колбе, который в 1930-е годы построил в Нагасаки христианскую миссию. Здание было построено с противоположной стороны горы, точно напротив того места, где ее предлагалось строить по фен-шуй, что в те годы сделало Максимилиана предметом насмешек, однако именно поэтому миссия уцелела при взрыве и стала прибежищем для раненых. Католическая церковь заявляет, что последующее выживание Такаши Нагаи и чудесная ремиссия его лейкемии - проявление благословения мученика Максимилиана, умершего за четыре года до этого в Аушвитце. Примечательно же в истории то, что сам Нагаи заявлял: попадание бомбы на Умагами (заселенный в основном католиками) было частью божественного провидения. Радиолог завещал считать всех погибших огненным жертвоприношением Господу во имя мира.
  15. Это сложнее, это вдохновение нужно. Хотя бы на адаптацию хватило сил, и на том спасибо... Обычно вдохновение приходит уже на документалистику. Вот с переводами проще всего, там не надо думать, там надо писать ))
×